— Кто-нибудь объяснит мне, что, блядь, происходит? — Отец встал между нами, его яростный взгляд метался между
— Нет, если я убью Амо, то Лука больше никогда не согласится на мир. — Его ухмылка была полна тьмы. Это была улыбка, которую он носил по ночам, это была не та улыбка, которую он показывал мне.
— Ты сделаешь это со мной?
Глаза Невио оставались равнодушными. — Я сделаю это для тебя, даже если ты этого не видишь .
Чужие жизни ничего не значили для него. Очень немногие люди имели значение для Невио, но эти избранные были всем его миром, и он сделал бы все, чтобы защитить их и держать их рядом. Он не остановится ни перед чем. Я знала это лучше, чем кто-либо другой. Никто не знал Невио лучше меня.
Невио любил смотреть, как горит мир, но до сих пор он всегда следил за тем, чтобы пламя не коснулось меня.
Я покачала головой. — Нет, ты бы сделал это для себя. Ты эгоист.
— Ты бы знала все об эгоизме. — Невио повернулся к папе. — Грета трахалась с Витиелло последние несколько месяцев. Она чертова предательница. — Невио ушел, за ним последовали Массимо и Алессио.
Я дрожала от печали, гнева и шока. Когда на меня упал недоверчивый взгляд отца, у меня чуть не подкосились ноги. Даже анализирующее присутствие Нино не помогло.
— Объясни, — сказал Нино.
Отец только уставился на меня, словно был на грани того, чтобы добить оставшиеся зеркала своим пистолетом.
Я умоляла их глазами понять, пока говорила им правду. Слова вырывались из меня, мой голос срывался.
— Ты понимаешь, какой опасности ты подвергаешь себя, встречаясь с врагом? — спросил Нино.
Отец все еще молчал.
— Тогда, очевидно, тебе нельзя доверять, — прорычал отец. — Он мог бы убить тебя.
Отец схватил меня за руку и притянул ближе, его глаза были полны ярости. — Ты солгала. Ты рисковала своей жизнью и безопасностью всех, кто тебя любит.
— Я не хочу больше лгать. Вот почему я рассказала Невио. Но я знала, как ты отреагируешь, когда я скажу тебе, и я была права.
— А чего ты ожидала? Я ясно выразил свою позицию в отношении Амо, и это было еще до войны.
Я закрыла глаза, и еще больше слез хлынуло наружу. — Папа, я знаю, что ты сердишься, но, пожалуйста, постарайся понять. Я люблю Амо. Мне больно быть в разлуке с ним. Пожалуйста, позволь мне быть с ним.
— Он женат, и мы в состоянии войны, Грета, — сказал Нино, как будто я могла забыть.
— Он собирается развестись с Крессидой ради меня, и он убедит своего отца заключить еще одно перемирие, если ты тоже на это согласен.
Отец покачал головой.
