Автор
Ночью под луной Алекс спешит по дорожке, зная, что каждый шаг может быть последним. В Эванс-Холле август 1817 года. Теплая свежесть ветра и мягкий свет луны создают таинственный фон для загадочного романа о любви, предательстве и мести.
Лорд Эванс усадил ее за стол и протянул ей немалый кусок пастушьего пирога. Затем сел сам и отрезал кусок себе. После чего снова наполнил бокалы.
– Впрочем, мне понравилось, – заявила Джейн. – Я бы с радостью повторила.
Алекс едва не выронил свой пирог. «Что же на это отвечать?..» – спрашивал он себя.
– И я почувствовала… – Джейн отправила в рот кусочек пирога и с видимым удовольствием принялась жевать. – О, я ощутила трепет в самых странных местах, – сообщила она, прожевав.
Боже праведный! Алекс начал думать обо всех тех женских местах, которые она, конечно же, имела в виду.
– Пирог очень вкусный, правда? – спросил он.
Джейн кивнула, потянулась за своим бокалом – и с удивлением обнаружила, что он опять пуст.
– Налейте еще… пожалуйста, – пробормотала она.
– Гм… А вам не кажется, что вы уже выпили достаточно?
Джейн нахмурилась и пробурчала:
– Я не ребенок. Думаю, мне самой известно, хочу я еще вина или нет.
Алекс невольно вздохнул. В том-то и сложность… Будь она ребенком, вообще не пила бы вина, а у него не возникали бы неуместные в данный момент мысли.
– Налейте мне еще вина, лорд Эванс, будьте так любезны, – продолжала Джейн. – Или передайте мне графин, и я налью сама.
«Значит, я опять стал лордом Эвансом?» – Алекс пожал плечами и потянулся к графину. Она ведь действительно давно уже не ребенок…
Возможно, все дело в том, что это запоздалая реакция на роды Кэт. Слишком уж Джейн была напряжена… Он заметил это, когда они ехали в замок. Вероятно, именно поэтому она так стремилась избежать встречи с ним и пошла блуждать по коридорам.
Алекс налил в ее бокал весьма умеренную порцию, но Джейн сурово взглянула на него и он наполнил бокал до самого верха, затем вылил остатки вина (графин практически опустел) в свой бокал, чтобы уберечь Джейн от самой себя. Хм… пожалуй, скоро и он опьянеет…
Граф откусил от своего пирога, а его сотрапезница сообщила:
– Я думаю, что вы-то целовались много.
Граф закашлялся, едва не подавившись пирогом. Пытаясь как-то поправить дело, он сделал большой глоток вина.
– Вы ведь… и всем остальным часто занимались, правда же?..
Ох, что же отвечать? Во всяком случае, ему совершенно не хотелось спрашивать, что она имеет в виду под «всем остальным».
– Видите ли, Джейн, я мужчина, поэтому у меня имеется некоторый опыт. Но не думаю, что он обширнее, чем у других мужчин.
Она немного помолчала, потом сказала:
– А Рэндольф каждую неделю посещает вдову Конклин.
