Автор
Ночью под луной Алекс спешит по дорожке, зная, что каждый шаг может быть последним. В Эванс-Холле август 1817 года. Теплая свежесть ветра и мягкий свет луны создают таинственный фон для загадочного романа о любви, предательстве и мести.
– Джейн прижалась бедрами к выпуклости на его брюках. – А я не могу ждать. Ты нужен мне прямо сейчас, потому что я уже влажная и… О, Алекс, быстрее!..
– Но как же Примула? Она ведь в твоем саду… – Он покосился в сторону двери.
А Джейн в этот момент стащила с себя ночную рубашку, и теперь стояла перед ним нагая. Затем она подняла руки и начала расплетать косу.
– Это не займет много времени. Ах, думаю, я расплавлюсь в ту же секунду, как ты ко мне прикоснешься, Алекс.
Он глухо застонал.
– Джейн, но я же пытаюсь проявить благородство…
– Ты и так благородный.
Джейн чуть отступила, чтобы расстегнуть последние пуговицы на его брюках, и Алекс не пытался ее остановить – напротив, начал поглаживать ягодицы.
– С-сомневаюсь, что П-поппи нас одобрит, – пробормотал он.
Оба опустили глаза и увидели Поппи, вылизывавшую лапу. От бабочки и следа не осталось. Она что, съела ее?
Тут кошка вдруг оторвалась от своего занятия, несколько раз моргнула, глядя на них, потом зевнула и снова занялась своим туалетом.
– Я бы сказала, что она одобряет. – Джейн расстегнула последнюю пуговицу, и огромное мужское орудие выпрыгнуло прямо в ее ладони. – Ну, по крайней мере не возражает.
Издав какой-то звук – нечто среднее между стоном и рыком, – граф подхватил Джейн на руки и отнес на кушетку в гостиной.
– Я не смогу дойти до верха и до твоей кровати. – Он снова застонал.
– Я тоже, – отозвалась Джейн. Она рывком сдернула брюки ему на бедра.
– Погоди, я сапоги сниму.
– Милый, на это тоже нет времени.
"Они не теряли время на поцелуи и ласки – их соитие было яростным и стремительным. После первого же толчка Джейн захлестнула уже знакомая ей волна наслаждения, а на втором в нее излилось мужское семя, и вдруг она подумала, что именно оно в ней укоренится и подарит им ребенка. Но если сразу не получится, они попробуют снова.
Снова и снова…
– Господи, Джейн, ты меня прикончишь, – пробормотал Алекс, приподнимаясь с нее. – Ты и впрямь колдунья.
Она радостно улыбнулась.
– Такое о «холостячках» Дома старых дев говорили и раньше.
– Это я тебе такое сказал, если ты не забыла.
Глядя на любимую, Алекс застегивал брюки, но обнаженная Джейн по-прежнему лежала перед ним на кушетке, наслаждаясь его страстным взглядом.
– И еще мне помнится, ты сказал, что у меня сладострастная натура и мне потребуется очень много постельных удовольствий, чтобы чувствовать себя хорошо. – Она лукаво улыбнулась. – Надеюсь, вы готовы к выполнению супружеских обязанностей, милорд.
