Ярость бурлила прямо под поверхностью, но Крессида была женщиной и моей женой, поэтому я использовал каждую унцию самоконтроля и сдержал его.
— Так куда мы идем сегодня ужинать? Надеюсь, ты забронировал столик в этом новом заведении с тремя звездами Мишлен. 3 звезды Мишлен в отеле Mandarin Oriental. Невозможно получить столик, если не забронировать его хотя бы за шесть недель, а потом места заполняются за минуту. Я сказала своим друзьям, что ты можешь заказать столик там, когда захочешь.
— Конечно, — сказал я. — У нас есть столик с восьми до десяти.
— Они действительно осмелились втиснуть нас во временной интервал? И ты им позволил?
Я действительно попросил свободное время. Они, вероятно, дали бы мне столик на весь вечер, даже если бы это означало отмену трех заказов других людей на этот вечер. Но идея провести больше двух часов с Крессидой, особенно на публике, когда мы должны делать вид, что нам есть что сказать друг другу, была абсолютно невыносимой.
— Сегодня вечером мне нужно работать. Двух часов хватит на шесть блюд.
Она ничего не сказала, но по выражению ее лица было понятно, что она очень недовольна.
— Ты готова идти? — спросил я. Было 7:45, и я хотела поскорее покончить с этим.
Крессида одарила меня вызывающей улыбкой. — Знаешь что? Я больше не чувствую что этот наряд подходящий. Пойду переоденусь. Уверена, что они не будут возражать, если мы придем поздно, тогда они могут просто отдать нам столик до конца вечера.
— Мы уходим, — сказал я низким голосом.
Она встретила мой взгляд, затем быстро опустила глаза и пожала плечами, после чего прошла мимо меня к двери. Снаружи она протянула руку, и я взял ее, хотя мое тело я взял ее, даже если мое тело восставало против этого, и повел ее к своей машине, открыл перед ней дверь, а затем занял свое место за рулем.
Каждая секунда в обществе Крессиды казалась мне моей личной версией ада. Я чувствовал это еще больше теперь, когда провел ночь с Гретой, моим гребаным желанием рая.
Когда три недели спустя я въехал в ворота приюта для животных Греты, я чувствовал себя так, словно впал в спячку и медленно просыпался. Я был занят работой и видел Крессиду только один раз наедине после нашего очень жесткого вечера свиданий и один раз на ужине с ее родителями, что было еще хуже, чем остаться наедине с женой.
Моя мать уловила, что что-то не так, и попыталась расспросить меня во время нашего еженедельного семейного ужина. А Марселла, она была ищейкой на тропе, идущей по следу. Она знала слишком много. Хорошо, что Максимус был поглощен своими собственными проблемами, иначе он, вероятно, объединил бы усилия с моей сестрой, чтобы выяснить, что происходит."
"Я остановился перед фермерским домом. Грета уже ждала на крыльце, прислонившись к столбу.