А вы думали, что вы один такой?
– Теперь уже нет, – пробормотал он, склонив наконец голову к ее лицу.
На его губах чувствовался привкус соленой воды. А поцелуй был в духе Пирса: грубоватый, требовательный и без всякого жеманства. Линнет снова почувствовала себя рабыней, лежащей у ног хозяина. Впрочем, не у ног, поскольку все ее тело ликовало, ощущая его вес.
Лежа под хозяином, подчиняясь его…
– Проклятие, – сказал Пирс, прервав поцелуй и устремив на нее свирепый взгляд. – Почему у меня такое ощущение, будто я занимаюсь любовью с тряпичной куклой? Мне показалось, что вчера вы умели целоваться.
Линнет высвободила руки и обняла его за шею.
– Мы не занимаемся любовью.
– Верно. Давайте вернемся к моему замечанию, исключив любовь. Зачем мне целовать вялую…
Линнет подавила стон.
Их глаза встретились на одно электризующее мгновение. Затем его глаза потемнели, а губы снова завладели ее губами.
Линнет отбросила мысли о рабыне и сосредоточилась на его вкусе, обжигающем и мужественном. На ощущении его твердого тела, лежащего поверх нее. На его жадных губах и собственном пылком отклике.
Она смутно сознавала, что ее рубашка задралась и ничто больше не разделяет их разгоряченные тела. Пирс оторвался от ее губ и двинулся ниже, оставляя огненную дорожку на ее челюсти и шее.
Из его груди вырвался хриплый стон.
– Проклятие, Линнет, у вас самая сладкая грудь из всех, что я…
Она не слышала, что он сказал, потому что он обхватил ее грудь ладонью и приник губами к соску. Это было так приятно, так опьяняюще, что Линнет ахнула. Точнее, вскрикнула, если этот хриплый возглас можно было так назвать. Ей не следует издавать подобные звуки, она не должна…
– Прекратите это, – сказал он, подняв голову.
– Не останавливайтесь, – взмолилась она.
– Вы снова начали думать и напряглись всем телом.
– Нет. – Она провела пальцами по его груди, в точности как рисовала в своем воображении: по выпуклым мышцам и плоским бронзовым соскам. – Вы очень красивы.
– А вы сумасшедшая, если так думаете, – отрезал он, издав прерывистый звук, когда ее пальцы коснулись его соска. Линнет снова проделала это, но более твердо. Он запрокинул голову, что дало ей возможность скользнуть вниз и прижаться губами к тому месту, где только что были ее пальцы.
Пирс содрогнулся, и она слегка прикусила его сосок, упиваясь тем, как его тело отзывается на ее ласки.
– Хватит, – буркнул он, перекатившись на спину и увлекая ее за собой.
– Ваша нога! – ахнула она. – Извините. Я…
Он просунул колено между ее ногами, и слова замерли у нее на губах. Все ее ощущения сосредоточились в чувствительном местечке между ее бедрами.
– О! – простонала она.