С такими, как вдумчивый Парнкала, или великолепный Рудак, или Ломба-громовержец…
«Об этом я обязательно напишу, – подумал он. – Обязательно! Как веселые, умные, молодые ребята на свой страх и риск вложили заведомо бессмысленную программу в необычайно сложную и умелую машину, чтобы посмотреть, как эта машина будет себя вести. И как она себя вела, тщетно тужась создать непротиворечивую модель барана с семью ногами и без мозжечка. И как шла через черную теплую саванну армия этих уродливых моделей, шла сдаваться рыжебородому интеллектуальному пирату. И как интеллектуального пирата таскали за бороду – наверное, не в первый и не в последний раз… Потому что его очень интересуют задачи о пятиугольных треугольниках и о квадратных шарах… которые ранят достоинство честной, добросовестной машины… Это может получиться хорошо – рассказ об интеллектуальном хулиганстве…»
Женя заснул и проснулся на рассвете. В столовой тихонько гремели посудой и рассуждали вполголоса:
– …Теперь все пойдет как по маслу. Папаша Ломба успокоился и заинтересовался.
– Еще бы, такой материалище по теории машинных ошибок!
– Ребята, а КРИ оказался все же довольно примитивен. Я ожидал от него большей выдумки.
Кто-то вдруг захохотал и сказал:
– Семиногий баран без малейших признаков органов равновесия! Бедный КРИ!
– Тише, корреспондента разбудишь!
После длинной паузы, когда Женя уже начал дремать, кто-то вдруг сказал с сожалением:
– А жалко, что все уже позади. Как было интересно! О семиногий баран! До чего грустно, что больше нет твоей загадки!
В полночь пошел дождь. На шоссе стало скользко, и Званцев сбавил скорость. Было непривычно темно и неуютно, зарево городских огней ушло за черные холмы, и Званцеву казалось, что машина идет через пустыню. Впереди на шероховатом мокром бетоне плясал белый свет фар. Встречных машин не было. Последнюю встречную машину Званцев видел перед тем, как свернул на шоссе к институту. В километре от поворота был поселок, и Званцева удивило, что, несмотря на поздний час, почти все окна освещены, а на веранде большого кафе у дороги полно людей. Званцеву показалось, что они молчат и чего-то ждут.
– Они все смотрят нам вслед, – сказала она.
– Наверное, они думают, что мы врачи.
– Наверное, – сказал Званцев.
Это был последний освещенный поселок, который они видели. За поворотом началась мокрая темнота.
– Где-то здесь должен быть завод бытовых приборов, – сказал Званцев. – Ты не заметила?
– Никогда ты ничего не замечаешь.
– За рулем – вы.
