В мирном видении аэропорта, служащая улыбнулась: "How are you, mate?" Харри, притворяясь спокоен, ответил: "I’m fine." Но его ложь уже отчеканивала в воздухе. За последние тридцать часов он пересел с Осло до Лондона, затем Бахрейна и вот теперь — прямо перед запасным выходом из Сингапура. Его тело сопротивлялось неестественной позе застенчивого сиденья....
Наверное, за то, что я разрушил ее жизнь. Ей частенько казалось, будто окружающие постоянно разрушают то, что ей удается создать.
– Знаешь, так бывает у девочек, которые росли одни, играя в куклы, – заметила Биргитта."
"– Может быть. Но опять же, я не помню. Да я и сам, наверно, был не очень трезвый.
Харри приподнялся на локте и посмотрел на море. Волны вздымались, белая пена на мгновение повисала в воздухе и, сверкая на солнце битым стеклом, опадала на скалы близ Бонди-Бич.
– А потом я ее один раз видел. Она зашла навестить меня в больнице, тогда, после аварии.
Биргитта толкнула его в бок.
– Я что-то не то сказал? – спросил Харри.
– Нет-нет, продолжай, – хихикнула она и перевернулась на живот.
– Да что же это такое? Вообще-то, когда я рассказываю о своих прежних пассиях, тебе бы следовало хоть чуточку ревновать, а? А тебе, я смотрю, нравятся рассказы о моем бурном прошлом.
Биргитта посмотрела на него поверх солнечных очков.
– Мне приятно слышать, что у моего мачо-копа когда-то были чувства. Хотя все в прошлом.
– В прошлом? Что ты имеешь в виду?
– Этот твой выстраданный роман давно закончился, и сколько бы переживаний в нем ни было, волноваться уже незачем.
Харри покачал головой:
– Неправда. Ты сама знаешь.
– Ну да. Все в порядке, Харри. Сейчас все в порядке. На один миг вспыхнуло – и все прошло.
Харри смахнул песок у нее со спины.
– Ты уверена, что не обгоришь? Такое солнце, а кожа у тебя…
– Это вы натирали меня кремом, помните, господин Холе?
– Я подумал, что солнце сейчас активное. Ладно, проехали. Просто не хочу, чтобы ты обгорела.
Харри посмотрел на ее нежную кожу.
– Расслабься, папочка, и рассказывай дальше.
Вентилятор не работал.
– Черт, снова-здорово! – Уодкинс попытался его крутить. Бесполезно. Кусок алюминия и дохлая электроника.
– Брось, Ларри, – проворчал Маккормак. – Пусть Лора принесет новый. Сейчас не до таких пустяков. Ларри?
Уодкинс раздраженно отложил вентилятор.
– Все готово, сэр. В том районе у нас будет три автомобиля.
