В мирном видении аэропорта, служащая улыбнулась: "How are you, mate?" Харри, притворяясь спокоен, ответил: "I’m fine." Но его ложь уже отчеканивала в воздухе. За последние тридцать часов он пересел с Осло до Лондона, затем Бахрейна и вот теперь — прямо перед запасным выходом из Сингапура. Его тело сопротивлялось неестественной позе застенчивого сиденья....
– До угла Оксфорд-стрит и по Виктория-стрит, мимо больницы Сент-Винсент и Грин-парка, до перекрестка с Дарлингхерст-роуд и еще двести метров до бара «Голодный Джон». Проще не бывает!
Уодкинс взял микрофон:
– Смит, пошлите две машины на Виктория-стрит, на поиски девушки. Попросите помочь тех, кто остался в «Олбери». Одной машине оставаться у «Голодного Джона» на случай, если она появится."
"Действуйте быстро и по возможности без шума. Как только что-то выяснится, докладывайте.
Уодкинс отбросил микрофон.
– Черт возьми! Что происходит? Ее сбили? Ограбили? Изнасиловали? Черт, черт!
Лебье и Харри переглянулись.
– Что, если Уайт ехал по Виктория-стрит, узнал ее и посадил в машину? – предположил Лебье. – Он ведь видел ее раньше, в «Олбери», мог узнать.
– Передатчик, – сказал Харри. – Он должен работать!
– «Браво»! «Браво»! Говорит Уодкинс. Вы получаете сигнал передатчика? Да? Направление «Олбери»? Значит, она недалеко. Быстрее, быстрее! Хорошо. Конец связи.
Трое сидели молча. Лебье украдкой посмотрел на Харри.
– Спроси, не видел ли кто машину Уайта, – сказал Харри.
– «Браво», прием. Говорит Лебье. Видел ли кто черный «хольден»?
– Negative[95].
Уодкинс вскочил и, тихо ругаясь, заходил по комнате. Харри, все время сидевший на корточках, вдруг почувствовал, как у него засосало под ложечкой.
Рация снова затрещала:
– «Чарли», я «Браво», прием.
Лебье нажал на кнопку громкой связи.
– «Браво», я «Чарли», слушаю, прием.
– Говорит Штольц. Сумочку с передатчиком нашли в Грин-парке. Девушки нет.
– Сумочка? – переспросил Харри. – Разве передатчик не на ней?
Уодкинс заерзал:
– Наверное, забыл сказать, но мы обсуждали, что будет, если он станет ее обнимать… э, трогать и… ну ты понимаешь. Словом, прикоснется к ней. Мисс Энквист согласилась, что будет надежнее поместить передатчик в сумочку.
Харри уже надел куртку.
– Куда ты? – спросил Уодкинс.
– Он ее ждал, – сказал Харри. – Возможно, шел за ней от «Олбери». Она даже вскрикнуть не успела. Думаю, он использовал платок с эфиром.
– Посреди улицы? – поморщился Лебье.
– Нет. В парке. Я иду туда. У меня там есть знакомые.
Джозеф моргал без остановки. Он был настолько пьян, что Харри хотелось выть.
– Я решил, что они обнимаются, Харри.
– Я это слышу в четвертый раз, Джозеф. Как он выглядел? Куда они ушли? У него была машина?
– Мы с Миккой видели, как он тащил ее через парк. И решили, что она еще пьянее нас. Думаю, Микка ей даже позавидовал. Хи-хи. А вот и сам Микка.
