В мирном видении аэропорта, служащая улыбнулась: "How are you, mate?" Харри, притворяясь спокоен, ответил: "I’m fine." Но его ложь уже отчеканивала в воздухе. За последние тридцать часов он пересел с Осло до Лондона, затем Бахрейна и вот теперь — прямо перед запасным выходом из Сингапура. Его тело сопротивлялось неестественной позе застенчивого сиденья....
– Почему он должен подождать? – спросил Харри.
– Потому что я так сказала.
– А почему вы так сказали, мэм?
– Потому что… потому что так будет лучше. – Она посмотрела в сторону магазина, давая понять, что ей дорого время. – И потому что Эванс – очень ранимый мальчик. В его жизни было много негативной энергии, и ему нужна женщина, на которую он сможет целиком и полностью положиться. А не эти потаскухи… которым лишь бы вскружить моему мальчику голову.
Ее глаза затуманились.
– Вы часто видитесь с сыном? – спросил Эндрю.
– Эванс приезжает сюда, как только у него выдается время. Ему здесь спокойно. Бедненький, он так много работает. Вы пробовали травы, которые он продает? Иногда он привозит их мне – я завариваю их с чаем и кофе.
Эндрю снова кашлянул. Уголком глаза Харри заметил какое-то шевеление между деревьями.
– Нам уже пора уходить, мэм. Последний вопрос.
– Да?
Похоже, Эндрю что-то попало в горло – он все кашлял и кашлял. Паутина начала раскачиваться.
– Миссис Доусон, у вас всегда были такие светлые волосы?
В Сидней они вернулись уже поздно вечером.
– Пропустим по стаканчику? – предложил Эндрю.
– Нет, спасибо, – отказался Харри.
– В «Олбери»?
– Ну, это уже почти работа.
– Именно.
Когда они вошли, Биргитта улыбнулась. После очередного посетителя она направилась к ним. Ее глаза были прикованы к Харри.
– Привет, – сказала она.
Харри понял, что сейчас хочет просто упасть в ее объятия и уснуть.
– Именем закона, два двойных джина с тоником, – потребовал Эндрю.
– Я бы лучше выпил грейпфрутового сока, – сказал Харри.
Она принесла заказ и склонилась над стойкой.
– Tack sä mycket för i gär[24], – прошептала она Харри.
Харри узрел у нее за спиной свое отражение с идиотской улыбкой.
– Эй, там! Хватит вашей скандинавской воркотни! Пока за выпивку плачу я, будьте добры говорить по-английски, – строго посмотрел на них Эндрю.
Они пододвинулись ближе, и Эндрю с довольным видом причмокнул, зажигая сигару.
– Жил-был на свете молодой воин по имени Валла, который очень сильно любил девушку по имени Муура. А она – его.
