Но даже после прохладного душа, который ей удается урвать позже, в полном одиночестве, когда, казалось бы, эмоции от произошедшего немного стихают, Яна все еще чувствует себя смущенной.
Благо, Денис ведет себя так же, как обычно.
Яна усмехается, наблюдая с верха лестницы, как он, стоя возле барной стойки, криворуко сооружает себе бутерброд с сыром. Хоть что-то у великого Северного не получается. Ну, никак. Это она уже знает.
— Вчера забыла сказать… Письма оставила в твоем кабинете, — спускаясь, машинально взбивает руками наэлектризованные и распушенные после сушки феном волосы.
— Спасибо, — благодарит Рагнарин, поднимая взгляд. — Вечером, как? Заеду за тобой? Сегодня буду до семи, наверное.
Она краснеет. Он спокойно отслеживает этот процесс.
Упираясь ладонями в барную стойку, Яна бездумно покачивает бедрами. Смотрит ему в глаза, потому что ей так хочется. Невзирая на стыд, отворачиваться от Дениса не желает.
— Я обещала Марине сегодня у нее остаться. Мы ведь потом долго не увидимся.
Рагнарину, вроде как, и возразить нечего. Сощурив глаза, рассматривает девушку. Понимает ее желание побыть перед каникулами с сестрой. А с другой стороны — уже не представляет, что делать без нее вечерами. Когда думает о том, что она уезжает на две недели — и вовсе не по себе становится. Взрослый же мужик… А нутро скручивает. Да так, что трогать все это нет сил.
— Хорошо. Только давай я тебя отвезу в Барвиху. Сейчас трафик перегружен. Не хочу, чтобы ты в такси тряслась.
— А ты что, по каким-то особым дорогам ездишь? — смеется Шахина.
— По воздуху, да, — произносит, прежде чем отпить из чашки кофе. — Янка, не доверяю я таксистам. Зима, снег, вся эта предновогодняя суета, машин много… Сама понимаешь.
— А, ты об этом! — откусывает от его бутерброда. Морщится, прижимая к губам пальцы. Тост пережаренный и холодный, сыр кислый и сухой. Масло отсутствует. Дожевывает, конечно, глядя ему в глаза. — Так меня Марина заберет прямо из универа. Она так всегда делает, — легко целует Дениса в уголок губ. — Хорошо? Ты не обидишься?
— Хорошо. Не обижусь. Но завтра ты моя.
— Раз ты сегодня будешь занята, я к другу после работы заеду.
Он, вроде как, не спрашивает. Однако ставит в известность, и Яне это нравится. На душе вмиг как-то тепло и светло становится. Тянется к Денису руками. Обнимая, целует. Нежно, даже лениво. После ночного и утреннего марафона сил не хватает на большее, а все равно хочется. Бесконечно хочется к нему прикасаться. Не открывалась бы.
