Автор
В апреле 1827 года Лондон переполняется праздничным вихрем, и Николас Чаллонер, известный повеса, покидает свой обычный мир для участия в балу дебютанток. Его присутствие вызывает необъяснимое шоковое замешательство — кого же ожидалось на подобном собрании? Вопросы разносятся по столам, как воздушные платья танцующих дебютанток....
Ну что ж, теперь ее ожидал сюрприз.
Рейнло так долго выжидал, предоставляя Антонии свободу выбора, не желая принуждать ее. Но правила игры изменились. Виной тому ее бегство. И непередаваемое наслаждение, которое она доставила искушенному любовнику.
Скоро он овладеет ею снова.
Открыв глаза, маркиз заметил мужчину, сидевшего за столиком в другом конце зала. Хорошо одетый путешественник, как и Рейнло, пил в одиночестве.
Его лицо и черные кудри показались Николасу знакомыми. Маркиз нахмурился: меньше всего ему хотелось слушать болтовню какого-нибудь случайного приятеля.
Джонни Бентон…
Боже милостивый, чудеса да и только! Рейнло не мог припомнить, когда в последний раз слышал об этом вертопрахе.
Когда-то они вместе учились в Итоне, впрочем, Бентон был классом младше. В год, когда Рейнло окончил Оксфорд, Джонни прослыл кумиром лондонского света, его имя было у всех на устах. Он воображал себя поэтом. Превосходя лорда Байрона красотой, но, к несчастью, не талантом, он разбил немало сердец в столице и за ее пределами.
Притворившись, что не узнал этого жалкого хлыща, Рейнло поднес к губам кружку с элем. Однако, к сожалению, яркая внешность не оставляла ему надежды остаться неузнанным.
— Грешем? Это вы, старина, верно? Черт побери, не могу поверить!
Рейнло поднял голову с тяжелым чувством. Бентон склонился над ним с бокалом бренди в руке, радостный, словно охотничий пес, который приветствует хозяина, вернувшегося домой.
— Я теперь Рейнло, — холодно бросил маркиз.
Титул графа Грешема он носил в школе. Бентон безнадежно оторвался от лондонской жизни, если назвал его этим именем.
Бентон нахмурил брови.
— Выходит, ваш отец скончался. Примите мои соболезнования.
— Восемь лет назад, — бесстрастно произнес Рейнло, не желая изображать скорбь, которой не испытывал.
— Я был в Италии. — Не дожидаясь приглашения, Бентон уселся напротив Рейнло. — Вернулся всего неделю назад.
Должно быть, разгуливая по Тоскане или черт его знает где еще, Бентон забыл хорошие манеры. Глотнув эля, Рейнло хмурым взглядом окинул давнего знакомого.
Бентон выглядел… поистрепавшимся.
