Автор
В апреле 1827 года Лондон переполняется праздничным вихрем, и Николас Чаллонер, известный повеса, покидает свой обычный мир для участия в балу дебютанток. Его присутствие вызывает необъяснимое шоковое замешательство — кого же ожидалось на подобном собрании? Вопросы разносятся по столам, как воздушные платья танцующих дебютанток....
Нужно выбраться отсюда прежде, чем он совершит какое-нибудь безрассудство. Прежде чем убьет подонка. Безумием было думать, что Антония — давно потерянная и, возможно, усопшая возлюбленная Бентона. Антония занимала все мысли Рейнло. Она довела его до помешательства. Возможно, свежий воздух освежит его голову.
Резко поднявшись, маркиз швырнул на стол пригоршню монет. Они громко зазвенели, но Бентон не поднял головы. Он упивался жалостью к себе.
Обуреваемый жаждой крови, терзаемый сомнениями и тысячью гневных вопросов, Рейнло вышел в ночь и приказал подать лошадь.
Глава 15
В первые две недели после возвращения в Лондон Антонии удавалось убедить Касси ограничиться тихими прогулками по парку и несколькими скромными зваными вечерами дома. Выздоровление шло медленно, но Кассандре так хотелось вновь влиться в бурный водоворот светской жизни, что она не придавала этому значения. Антония уговаривала Касси уехать в Сомерсет, однако мысль о том, чтобы пропустить свой первый лондонский сезон приводила племянницу в отчаяние, и она скрепя сердце уступила.
В конце концов, Антония неохотно согласилась сопровождать Касси на бал к леди Мерриуэдер. Но прежде взяла с нее обещание, что они тотчас уедут, если Кассандре станет плохо.
Антония ясно сознавала, что отнюдь не забота о здоровье Касси гонит ее прочь из Лондона. Было бы сущим лицемерием уверять, что это не так.
Она надеялась, что одна ночь в объятиях Рейнло поможет погасить пламя в ее крови.
Она знала, что вечером увидит Рейнло. Маркиз наверняка подкупил кого-то из слуг. Ему доносят о каждом шаге мисс Демарест и ее компаньонки. Антония подумывала уволить всю прислугу, но это было бы несправедливо, пострадали бы невиновные.
Со времени возвращения из Суррея ни Антония, ни Касси не упоминали имени беспутного маркиза. Рейнло прислал цветы и записку с пожеланием Касси скорейшего выздоровления. Но племяннице присылали сотни букетов, и Антония промолчала об этом знаке внимания.
