Дамиан кивнул и представил брата, но тут же заметил неподалеку еще одного своего приятеля и извинился, оставив Джона и Белл в коготках не слишком деликатной хозяйки.
– Лорд Блэквуд? Барон? – переспросила она. – Гм… не могу припомнить этот титул.
Белл охватила ярость. Леди Фортрайт имела репутацию назойливой особы, которая пытается скрыть недостаток уверенности в себе, нанося вежливые оскорбления другим.
– Этот титул появился сравнительно недавно, миледи, – отозвался Джон с намеренно непроницаемым видом.
– Как же понимать это «сравнительно»? – Она лукаво улыбнулась собственной шутке и повернулась к Белл, желая убедиться, что ей тоже не по душе новичок в рядах знати.
Белл ответила ей усмешкой и заметила, что последние несколько минут в комнате стало значительно тише. Боже милостивый, неужели ни у кого нет других дел, кроме как выслушивать бессмысленную болтовню леди Фортрайт? И куда девался Дамиан? Разве он не защитит брата?
– Этому титулу всего несколько лет, – спокойно ответил Джон. – Я был пожалован им за воинскую доблесть.
– Понятно, – протянула леди Фортрайт и распрямила плечи, самодовольно красуясь перед слушателями. – Ну, в вашей храбрости у меня нет причин сомневаться, но мне не по душе, когда титулами разбрасываются столь бездумно. Дворянству не к лицу быть таким, с позволения сказать, неразборчивым.
– Лорд Блэквуд – сын графа, – напомнила Белл.
– О, я не пытаюсь отыскать изъяны в его родословной, – отмахнулась от довода хозяйка. – Но нам не следует уподобляться русским, раздающим титулы налево и направо. Известно ли вам, что все сыновья русских графов наследуют титул отца? Вскоре эта страна будет буквально кишеть графами, и в ней начнутся беспорядки. Помяните мое слово, эта страна вскоре придет в упадок, а виной тому станут бесчисленные графы.
– Любопытное предположение, – ледяным тоном произнесла Белл.
По-видимому, леди Фортрайт не обратила внимания на раздражение Белл.
– В этих новых титулах мне видится нечто бестактное, вы не находите?
Белл почувствовала, как все вокруг затаили дыхание в ожидании ее ответа. Дамиан вернулся к ним, и Белл наградила его сдержанной улыбкой.
– Прошу прощения, леди Фортрайт, – медовым голосом отозвалась она, – но боюсь, я вас не понимаю. Если не ошибаюсь, ваш муж – только пятый виконт Фортрайт?
– Шестой, – резко поправила ее хозяйка. – А мой отец был восьмым графом Уиндермерским.
– Понятно… – протянула Белл.
