Она сидела в высоком кресле, грозила мне пальцем и говорила - «Не дури, Лизка, не упусти свой шанс на нормальную жизнь и счастье!»
Сквозь сон подумала, какое к бесам счастье, о чем там бабуля толкует? Перевернулась на другой бок и вновь уснула. А вот теперь мне приснился жених. Точнее, муж. Князь Сергей стоял возле моей кровати, высокий, все такой же невероятно красивый, снежинки таяли в светлых волосах, он держал мою руку в своей ладони и говорил.
-Ах, Лиза, что же мне с тобой делать? И не нужна вроде, и отпустить не могу...
И даже во сне было так больно и обидно, что я заплакала. А когда проснулась - за окном уже было солнечное утро и все сны куда-то медленно уплывали, скрываясь в утренней дымке.
Утром я спустилась вниз, волоча за собою сумку с рекламными туесками, пыхтя и отдуваясь, занесла в семейную столовую. Николай Петрович, сидя у стола, читал какой-то толстый журнал, Настасья Афанасьевна хлопотала у стола, что-то быстро указывая молоденькой горничной, растерянно топтавшейся рядом. Увидев меня, вползающую с большой сумкой, всплеснула руками.
-Лизонька, да что ж ты думала, такую тяжесть тащищь! Что ж, у нас мужчины в доме перевелись? Хозяин наш хромает, конечно, (это верно, ещё вчера заметила, что князь изрядно прихрамывает, видимо, те самые ранения) но другие-то есть! Сказала бы и принесли!"
"Я принялась выставлять свои туески и свёртки на край столешницы пузатого буфета. Закончив это дело, выдохнула с облегчением. Шереметовы наблюдали за мной с любопытством, но молчали, предоставляя мне возможность все объяснить самой.
-Вот, это то, для чего я и приехала в Москву. Вам, Николай Петрович, Немировский вероятно рассказал, зачем я к нему приходила - Шереметов согласно кивнул головой - Вот такие продукты производит мое поместье. Если все сложится так, как я задумала, то будет производить в ещё большем количестве. Летом увеличим ассортимент за счёт переработки фруктов и овощей. А пока - милости прошу, тут есть продукты, которые вы ещё не пробовали.
За столом хозяева искренне хвалили продукты из моего поместья, а Николай Петрович выразил желание поговорить после завтрака подробнее со мною о делах. А я и не была против. В кабинете старый князь усадил меня в кресло возле теплой печи, кликнул Любку, велел принести нам кофе, извиняющимся тоном сказал.
-Вот пристрастился к этому напитку во время походов в Европу, никак отвыкнуть не могу. В семье, кроме меня никто его не пьет, говорят, горький сильно.
Я посоветовала принести сгущёнку к кофе. А потом мы какое-то время наслаждались напитком. Не думала, что в самом деле так соскучилась по кофе. Потом Николай Петрович начал меня расспрашивать, как мне вообще пришла в голову идея о переработке сельхозпродукции, почему я решила везти товар именно в Москву и тому подобное.