Ночь озабоченно светила в окно, проходя сквозь старые стекла, и роняла на потолок тусклые оттенки воспоминаний — душевные пятна, навеянные веками забвения. Подруга Тань, погружаясь в историю этих стен, дрожала от легкого хруста старой штукатурки и чарующих рисунков на потолке. Кажется, она действительно верила в привидений — неупокоенные души, которые летали по коридорам и сновали между комнатами в гнете воспоминаний....
Естественно мы с Таней не могли ничего сказать по этому поводу, потому что не являлись настоящими сестрами Засецками. Нас просто физически не было здесь в то время.
- Мне нужно подумать. Поразмыслить… - Головин ласково взглянул на меня. – Лизонька, вы позволите мне побыть в одиночестве?
Мы с Таней оставили его в кабинете, а сами спустились вниз.
- Может, нянюшка что-то знает? – шепнула мне Таня. – У нее спросить нужно.
- Ох, сомневаюсь… Ты вспомни, Потоцкие были вхожи в этот дом, а значит между ними и старшими Засецкими не было вражды, - мне так хотелось разобраться во всем этом, что я не могла ни о чем другом думать.
- Но они, скорее всего, всегда имели на нашу семью зуб. Нет, Галочка, тут стоит копнуть глубже, и такое попрет, не остановишь! – Таня замерла на последней ступеньке. – Сюда еще и страсть приплелась. Возможно, Дарья Николаевна сама не ожидала, что сынок в Варвару втрескается!
В общем, предположений и догадок была уйма, но, к сожалению, ни одна из них даже на сантиметр, ни приоткрывала завесу тайны.
Нянюшка выслушала нас, хмуря свои редкие брови, а потом сказала:
- Дак хаживали они в дом, вы и сами знаете… Не замечала я, чтобы какие-то тайны али злоба между Потоцкими и вашими батюшкой и матушкой были. Все чинно да благородно.
- А Дарья Николаевна давно живет на своих землях? – спросила Таня, за что я ее чуть не расцеловала. Молодец! Может, тайна кроется именно в прошлом Потоцкой!
- Приехали они сюда опосля смерти ее супруга… - начала вспоминать нянюшка.
- А ты не помнишь, откуда она приехала? – я чувствовала, что именно в этом кроется загадка.
- Дак, как же не помню… Муж ее, барин Потоцкий, из Тулы. Оттуда барыня сюда и приехала.
- Нянюшка, не знаешь случайно, отчего муж ее умер? – я, вполне могла предположить, что она и супруга приговорила.
- От старости и помер! – фыркнула Аглая Игнатьевна. – Ему почитай за восемь десятков уж перевалило. Осталась Дарья Николаевна с наследством хорошим. Живи не хочу!
- Во сколько же он на ней женился?! – воскликнула Таня. – Еще и сына зачал!
- Софья Алексеевна, девицы не должны такое вслух говорить! – наставительно произнесла нянюшка. – Всяко бывает. Жизня…
После этого разговора тайны не открылись, но мне казалось, что мы схватились за нужную ниточку.
