Автор
Аделина утро всегда тягачит, как молоток. Она не может сразу вставать, как её муж Тарас. Зато он недоволен этим фактом - каждую минуту сна лишает его энергии на бурную деятельность. А пока Аделина греется под одеялом, мир продолжает свой тихий ритм.
А я не смогу лгать супругу, как бы мне ни хотелось попасть на эту выставку, хотя бы на фотографиях.
Самолёт Тараса через два часа. Он в душе, а я спешно собираю ему чемодан, аккуратно укладывая костюмы и рубашки, чтобы не помялись в дороге.
Бережно раскладываю вещи мужа, а сама не могу выкинуть Артура из головы. Мне показалось, он был такой искренний и честный в момент, когда просил помощи. И теперь мне заведомо стыдно, что я откажу ему.
Боже, я тряпка.
«Прочь из моей головы!» — гоню от себя мысли.
Тарас выходит из душа, вытираясь полотенцем.
— Ты в чем полетишь? Сразу в костюме или в брюках и джемпере? — перебираю вещи в гардеробе спиной к мужу.
— В джемпере, — отмечает он, подходя сзади, и вдруг вталкивает меня в темную гардеробную.
— Ой, — по инерции хватаюсь за одежду, чтобы не упасть, на меня летят вешалки, одна из них попадает по виску. Больно. Всхлипываю. — Ты чего? — пытаюсь обернуться, когда Тарас задирает моё домашнее платье.
— Стой так, — велит он мне, давя на спину.
— Тарас, Дюша же… — хочу сказать, что сын в гостиной и в любой момент может зайти.
— А ты громче кричи, — злится муж, иронизируя и одновременно стягивая мои трусики на колени. — Должен же я трахнуть тебя на дорожку, чтобы ты не заскучала, — в голосе снова претензия, природу которой я не понимаю.
А я не хочу. Всё, что я сейчас ощущаю, — это боль в виске от железной вешалки и страх, что сын может нас застать. Но замираю, сжимая упавшую на полки одежду, когда Тарас, облизывает свои пальцы и увлажняет меня между ног.
Сжимаю зубы от грубого болезненного вторжения. Прикрываю глаза, пытаясь расслабиться. Но ничего не выходит.
Тарас сразу же начинает быстро двигаться, сжимая мои бедра. Терплю. Мне больно и неприятно, несмотря на то, что я уже давно не девочка. Хочется порыдать. Не потому что мне больно, а потому что я ничего не чувствую, что должна чувствовать женщина во время секса с мужем.
— Ну ты хоть как-то поучаствуй в процессе, — злится Тарас, хрипя. — Бедрами, что ли, подвигай.
Выходит из меня и снова обильно увлажняет своей слюной.
— Сухая вся, — цокает Тарас.
