Андрей Прохоров, смертельно больной, отправляется в прошлое с целью найти шанс на жизнь. Он оказывается в 1552 году под Тулой, где ему предстоит справиться с трудностями нового мира. Сможет ли он выжить и устроиться в этом неприветливом поместье?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Помещик. Том 1. Сирота»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Андрей Прохоров, смертельно больной, отправляется в прошлое с целью найти шанс на жизнь. Он оказывается в 1552 году под Тулой, где ему предстоит справиться с трудностями нового мира. Сможет ли он выжить и устроиться в этом неприветливом поместье?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ланцов Михаил Легкое чтение Любовные романы Самиздат подборки серии
Андрей Прохоров, смертельно больной, отправляется в прошлое с целью найти шанс на жизнь. Он оказывается в 1552 году под Тулой, где ему предстоит справиться с трудностями нового мира. Сможет ли он выжить и устроиться в этом неприветливом поместье?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— У Петра есть свидетели его договора с отцом?
— Петру это не нужно. Его слово весомее твоего.
— А ежели сойтись перед лицом Бога на саблях?
— То ты умрешь. Не тебе с ним тягаться? Он уже более десяти лет в походы ходит.
— Кашеваром? — усмехнулся Андрейка. — Ты же видел, как он обрюзг и жиром оброс. Ежели бы воевал честно да саблей махал, не оскотинился бы так.
— Ты смерти своей хочешь? — удивленно переспросил священник, поворачиваясь.
— А ты чего хочешь? Отче? — побагровел лицом Андрейка. — Сначала Агафон меня графит, примеряясь убить. Потом ты. Потом митрополит. Теперь еще и этот. И все норовят у сироты отнять последнее. Добрые христиане, нечего сказать. — процедил Андрейка, которого уже трясло, от кипящих гормонов, развернулся и пошел на выход…
— Постой! — громоподобно рявкнул священник.
— Зачем? Ты ведь тоже уговор не выполнишь. Даже ту малость что я просил. Забирай, — поставил он на пол лампу, завернутую в тряпицу. — Не хочу вас больше видеть.
С тем и вышел, хлопнув дверью.
— Нам его догнать? — спросил, вышедший из — за колонны огненник.
— И ты туда же. — покачал головой Афанасий. — Но он хоть юн и горяч. А ты чем думаешь?
— Он оскорбил митрополита.
— Чем же? Если положить руку на сердце, то мы действительно его ограбили. — от этих слов огненник напрягся. — Краску его вынудили отдать за бесценок. Лампу — тоже. А если бы силой, как ты хотел, забрали, то и вообще — сравнялись бы с татями. Сила церкви, дурья твоя башка, в том, чтобы люди сами нам такие вещи приносили. По доброй воле. А не вот так…
— Помолчи. Лучше помолчи. А то я подумаю, что ты до пострига людей на большаке грабил. Лучше пошли кого из своих, чтобы он приглядел за отроком. Видишь же — юность его кипит. Еще дел каких натворит.
— Скорее не успеет. Мнится мне он прав и Петр тот еще мироед да тать. Посему не отступится он от парня, пока не обдерет как липку. А тот уже на собственную тень готов наброситься и жаждет крови. Чую я — беде быть. Ступай. Займись делом.
А отец Афанасий осторожно подобрал с пола тряпицу. Осмотрел лампу. И понес ее отцу Геннадию, присланного сюда митрополитом, добро мыслящему по делам всяких дивных устройств.
События тем временем развивались стремительно.
Андрейка направился к лодке, собираясь уплыть из Тулы не дожидаясь верстания. Просто потому что пришел к выводу — не дадут ему верстаться. До того обдерут до подштанников. Ничего не оставят, ни доспехов, ни оружия, ни денег, ни тем более меринов обещанных. Ничего ему не видать. А потом, если повезет, предложат от щедрот своих какой — нибудь кабальный вариант.
Однако тут его уже ждал Петр со своими людьми.
Устинка и Егорка, правда, отреагировали разумно.
