Автор
Поместье с привидениями оживает в эти ночи, когда луна достигает полноты. Смотришь на неё через окно и видишь сотни ярких звезд, словно драгоценные камни в кружевной сети неба. В такие минуты загадочное поместье наполняется чуждыми звуками и тенями, уловить которые способны лишь истинные любители необычных приключений....
– С чего вдруг вы выскочили на улицу? Полюбоваться произведенным эффектом?
– Вы что? С ума сошли? – довольно грубо спросил он. – Вы обвиняете меня в том, что я намеревался убить собственную дочь?
– С учетом того, что я вижу вас первый раз в жизни, я понятия не имею об отношениях внутри вашей семьи, – разумеется, Глафира вовсе не считала, что этот человек хочет убить Тасю, но отчего-то ей нравилось смотреть, как он злится. – Кроме того, эта штуковина полетела вниз после того, как Тася зашла внутрь. Поэтому не вижу причин, почему бы вам не ответить, как вы оказались на улице.
– Услышал через открытое окно Тайкин голос, – неохотно сказал Ермолаев. – Окно моей спальни выходит на эту сторону, поэтому я встал посмотреть, с кем это она полуночничает. Увидел, что с вами, потом открылась входная дверь, ее из окна не видно, если не высовываться, а потом что-то пролетело, раздался удар, вскрик, разумеется, я помчался проверять. Думал, что-то с Тайкой.
– Хорошо хоть штаны надел, – сообщила его дочь.
Он охнул и схватился за распахнутый зиппер. Даже в темноте Глафира увидела, как краска стремительно заливает его крепкую шею, и злорадно хихикнула. Почему-то он ее не раздражал, нет, а цеплял за живое. Это было странно, потому что большинство людей оставляли ее равнодушной. Не было ей до них никакого дела.
– Простите. Было не до политеса.
– То есть вы точно никого не видели? И не слышали? Ваша комната находится как раз под тем местом, откуда упал шар.
– Есть еще мансарда, а над ней чердак, – Ермолаев пожал плечами.
Они у него были крепкие и рельефные. Видимо, этот человек немало времени проводил в спортзале. Глафира прикинула, сколько ему может быть лет, получалось сорок пять. Ненамного моложе Валеры, а фигура, несомненно, лучше. Тьфу ты, черт, и куда ее, спрашивается, понесло.
– Я никого не видел, ничего подозрительного не слышал, и в то, что кто-то сбросил эту штуковину специально, не верю. Эти старые особняки, даже отреставрированные, являются абсолютным злом.
– Могу я поинтересоваться, почему вы не спите? – в открытом проеме двери, кутаясь в шаль, стояла Наталья. Глафира тут же вздрогнула. – Вернее, почему не спите вы, меня совершенно не интересует, но вы гомоните на всю округу, не давая спать другим.
– О, простите, пожалуйста. Мы не думали, что кому-то мешаем, – тут же сказала воспитанная Таисия.
