В итоге к бесконечным заданиям, вроде химчистки, про которую я все-таки забыла вчера, и основным делам, прибавилось еще и это. До того, пока не доставили новую клавиатуру и мышку, приходилось печатать на этой. И да, я действительно теряла много времени, пока раз пятнадцать нажимала на пробел. Или же у меня получался не текст, а поток сознания без пробелов, который мне же потом приходилось расшифровывать.
В обед я забрала свежие рубашки и костюмы из химчистки, которые, как оказалось, должна была забрать Марина. Квитанции у меня не было, но в химчистке, услугами которой Роман Андреевич пользовался уже который год, не удивились смене помощницы и без проблем выдали костюмы.
В ответ на мою благодарность, приемщица только пожала плечами:
— Да не за что, все равно у него сначала одна, потом другая. Я эти костюмы и то запомнила лучше, чем его помощниц. Так что, удачи тебе, девочка.
Это «Одна, потом другая» неприятно резанули по сердцу, но я снова призвала себя не зацикливаться на необоснованной ревности. Это просто работа, и я буду делать ее хорошо.
Как раз в тот момент, пока я тащила неподъемные костюмы, у меня зазвонил телефон. Хорошо, что рядом подвернулась скамейка на набережной, как раз напротив «Москва-Сити». Я сгрузила туда прозрачные чехлы с одеждой и ответила на звонок.
— Слышишь, ты ничего не забыла? — сразу рявкнула сестра.
— Во-первых, привет. Во-вторых, я обязательно куплю тебе обещанную палетку. Просто у меня вообще нет времени на это.
— Да я заметила, Насть! Ты вообще который день дома не ночуешь, помнишь об этом? А ничего, что мы волнуемся? Павлик тут постоянно нудит, позвони, да позвони. Я, конечно, понимаю, что ты себе мажора нашла…
Тоже мне волнуется. За самого себя он волнуется, вот почему нудит.
— Никого я не нашла. Я работаю, Тань. С утра до ночи, как проклятая.
— Ага, — заржала Таня. — Не покладая рук и не закрывая рта, знаем мы такую работу.
Тяжело вздохнула и посмотрела на небоскребы по ту сторону реки. В ветвях шумел ветер, приятно грело солнышко. Я с ним всего несколько дней, а уже стала забывать, каково это гулять, расслабляться и не впахивать 24/7.
Как он живет вот так? Почему? Неужели его ничего, кроме работы не интересует?
— Ты тут вообще? — спросила в трубке Таня. — Когда домой вернешься? Мама сказала, чтобы я надавила на тебя. А ты, чтобы вела себя как приличная девочка, и шла ночевать домой. Она даже всплакнула, что не уследила за твоим воспитанием. Не доводи, маму, Насть.
Это был словно звонок из другого мира.
