Все последующие несколько дней Исаев работал, как сумасшедший, и я просто подстраивалась под его безумный ритм жизни. Встречи, поездки, заседания, слушания, новые дела, старые дела, дела в процессе, показания, документы, контракты.
В какой-то момент я думала, что моя голова просто взорвется от переизбытка информации, но нет. Я залезала в телефон или ноут, сверяла даты, отменяла, добавляла, меняла местами пункты в расписании Романа Андреевича. Истинной передышкой мне казалось время, когда Исаев уезжал куда-то без меня, и я могла спокойно прогуляться по набережной. Взять кофе с сэндвичем и поглазеть на водную гладь.
А еще я любила изучать текущие дела. Одним из них как раз оказался развод Снежаны. Исаев им практически не занимался, поскольку был давно готов к заседанию и рассчитывал на быстрый процесс. Поэтому у меня только росли подозрения об их неуставных отношениях, ведь Снежана продолжала названивать, настаивать на встрече.
Последнее время Исаев просто подсовывал свой телефон, и мне приходилось отказывать ей лично, объясняя, что Роман Андреевич адски занят и перезвонит. Один раз ей удалось поймать его во время обеда в ресторане. Якобы случайно совпало. Ага, как же. Они остались выпить кофе, а меня отпустили. Я до конца дня кипела от возмущения. Ну что за наглая дамочка.
В тот день меня не успокаивало даже медитативное созерцание реки, и двойной ванильный капучино тоже не помог. Помимо того, что я просто на дух не переносила Снежану, меня разрывало от злости на саму себя. Я не должна была так реагировать на встречу Исаева с клиентом! Ведь я спокойно оставляла его наедине с другими и при этом мне не хотелось вдруг стать невидимкой, чтобы хоть одним глазком подсмотреть, о чем же они там разговаривают. Ясно же, что не о деле, в которое все было уже рассмотрено и оговорено вдоль и поперек.
Вернулся Исаев из ресторана весьма довольный, и это взбесило меня еще сильнее. Я плюхнула перед ним чашку с кофе, который он попросил, со словами:
— Надо было в ресторане выпить.
А он даже не ответил на мою колкость. Только посмотрел снизу вверх, улыбнулся и пригубил горячий напиток, по-прежнему широко улыбаясь.
Я-то думала, она его раздражает, а он улыбается!
Не знаю, чем они там занимались, и очень хотела бы не представлять всякие пошлости, которые сделали моего босса счастливым, но выходило само собой. Еще и потому, что вся моя тактика по соблазнению и попыткам довести Романа Андреевича до ручки накрылась медным тазом.
