Как-то, когда император шёл по коридору и выслушивал доклад своего советника, накрывшись звуконепроницаемым куполом, я посмотрела на него так, как учил лягух. Томно. Словно единственное, что я сейчас хочу – это затащить Лейарда в постель и не выпускать всю ночь, обнимать его, целовать и делать с ним совершенно непристойные вещи. Даже добавила лёгкий вздох, а походка сама по себе стала более призывной.
Лейард, который сначала бросил лишь короткий взгляд, а потом не смог его отвести, споткнулся. Да-да, вот так Великий и ужасный споткнулся. Я думаю, он просто не ожидал, что я настолько вживусь в роль его настоящей супруги. Позволив себе озорную улыбку, я прошла мимо, но странное дело – походка продолжала быть манящей.
Вообще мы с его величеством виделись редко. В основном за ужинами, но сидели достаточно далеко друг от друга, больше развлекая придворных, чем действительно развлекая себя. Я всё пыталась вычислить среди прекрасной половины обитателей дворца ту самую – фаворитку Владыки, но так и не могла понять, кто это. Часть девушек бросала на Лейарда заинтересованно-восхищённые взгляды, но ни на один император не ответил.
Зато отвечал на мои. Иногда подмигивал, иногда приподнимал бокал в знак одобрения моего поведения, а иногда прятал улыбку всё в том же бокале. Вот так мы и играли в “гляделки”. Два совершенно чужих друг другу человека, вынужденных притворяться мужем и женой.
А ещё… я по вечерам странно смотрела на смежную комнату, точнее, на место, где должна была быть дверь, ныне замаскированная. Проведывают ли его фаворитки там или же он их сам находит? Глупо, конечно, ревновать чужого мужа, будучи с ним в исключительно деловых отношениях, но я списывала это на то, что очень вжилась в роль императрицы. Буквально примерила её жизнь на себя.
В общем, училась я до обеда и после ужина. Всю середину дня я терпела моих компаньонок. К слову, их отношение ко мне сильно изменилось. По дворцу усиленно ползли слухи о моём “деликатном” положении, поэтому кумушки постарались окружить меня вниманием, даже нападки прекратились, однако досадливые взоры им скрывать не удавалось, впрочем, как и свою натуру. Вот и сегодня, гуляя с ними по саду, я выслушивала:
– Ах, новость о возвращении Эль вдохнула жизнь в Мунград! – произнесла Цеания. – Вот кто истинная мьена! Добрая, нежная, благовоспитанная!
– Вы слышали, что ей уже поступило четыре предложения о замужестве, но она все их отвергла? – протянула Рима.
