В темном зазоре между мостиками проносятся фигуры — оборванцы, одиссея которых выглядит как бесконечный танец на грань смерти. Ветер врывается в эти проступки, как могучий поток воды через трещину скалы. Каждый шаг кажется последним, но тем не менее упорство и надежда побуждают продолжать путь — дрожащий герой, с мечом в руке, преодолевает бесконечные доски и борозды времени, на грани выживания....
Я поила дроу, укутывала его, обтирала, а потом повторяла всю процедуру по новой. Вещи найдёныша я постирала. Если выживет, будет в чем ходить, а если нет – использую на тряпки. Одежда на нем была дорогая, только рваная и пожеванная. Откуда он такой взялся?
Наступил вечер, а мужик все никак не мог определиться с тем или этим светом. Мало того, я не знала, чего именно мне больше хочется: чтобы он выжил или, наоборот, чтобы загнулся. С одной стороны, понимание того, что я вытащила мужика из рук костлявой, будет греть мое самолюбие.
Возможно, если он придет в себя, надо просто с ним договориться? Дать ему пару дней, чтобы оклемался, потом выставить наружу: пусть идет, куда шел.
За час до полуночи я поняла, что бегать вокруг дроу больше не в силах.
Главное, что еще утром я нацедила у страдальца кровушки и с помощью магии запаковала несколько флакончиков.
Глава 2. Пора, красавец мой, проснись!
Разбудила меня тихая брань. Сквозь сон я пыталась понять, кто может ругаться у меня дома мужским голосом.
– Ты гляди-ка, полутруп подает голос, – вслух сообразила я.
Ругательства сразу стихли.
