В закрытом кабинете царит тишина, за исключением щелканья старых бусин на кожаном кармане. Джебран отрывисто повторяет молитву на иврите, а его душа словно просачивается сквозь века, окуная в вечность своих мыслей и желаний. Это описание приглушенно рассказывает о человеке, который прячется от жизни в пространстве неумолимого тишины....
И куда мы оба влипли?
– Лизка… – начало было парень.
– Помолчи, Алекс… – оборвала я его. – Что-то мне всё это не нравится…
– Там у порога иголка воткнута… Длинная… – и смотрит потерянным взглядом.
Ещё пару месяцев назад я, дипломированный специалист с боги их знают каким опытом работы, с огромным удовольствием высмеяла бы мальчишку и велела бы забыть о глупых древних суевериях. Увы… Те пара месяцев очень многое изменили в моей жизни, в том числе научили не пренебрегать знаками Судьбы, пусть и выраженными порой в форме суеверий.
– Иголка, говоришь… – задумчиво протянула я. – Это что ж за колдун появился: через иголки порчу наводить?
– Мог и сосед…
– Мог… – я согласно кивнула. – Да вот только не понимаю: иголки втыкают те, кто не способен внутрь проникнуть. У нас же труп внизу лежит. Значит, кто-то все же проник… Или это два разных человека? И еще: кому мы успели дорогу перейти? Дом куплен относительно недавно, всего лишь десять лет назад, мы с тобой здесь третьи. До того сюда дважды приходила только группа Сары.
– И чем займемся? – в голосе Алекса не слышалось ни капли энтузиазма.
– Побудем параноиками…
Над моей «манечкой», или манией преследования, порой хохотал весь отдел. Да что там, спроси любого в нашем здании, кто в Академии Современной и Экспериментальной Истории (кратко – АСЭИ, или «Аське», как называет ее народ между собой), больше всех озаботился вопросами безопасности, кто главный перестраховщик и чей домашний адрес знает от силы пятеро агентов, исключая родных и близких, все сотрудники дружно укажут на мою скромную персону.
Как и ожидалось, все помещения были «чистыми». Разбросанные в самых неожиданных местах «жучки» прилежно принялись за работу, а я, установив защиту с помощью индикатора поля, повернулась к навязанному мне ребенку.
– Значит так, твое имя прежнее. Мое – Лизавета фон Таубе, для тебя –Лиззи, но не Лизка. Смотри не перепутай. Ты – внебрачный сын графа, моего отца, приставлен ко мне официально как паж, неофициально – как шпион.
