Автор
Глубоко задышавшаяся и еще не в силах привыкнуть к новой реальности, девушка открывает глаза и пытается уяснить, где она находится. Пульс колеблемый от боли и тревоги наталкивает на поиски помощи, а мир вокруг заворачивается в ткань сюрреалистической реальности.
Свидетелем задержания стала повариха, которая случайно оказалась во дворе. Какие будут указания?
— Без меня не допрашивать. Владе не сообщать. С поварихой провести беседу и отправить спать. Я скоро приеду, — ледяным тоном дал указания Константин, нажал на отбой связи и надавил на газ. Оглушительно взревев, автомобиль помчался по ночному городу.
Минаев — не безусый обиженный юнец, а опытный службист. Он однозначно в курсе, что Метельская под покровительством рода Росс, однако рискнул и попытаться лишить жизни его, Константина, женщину.
Стремительно залетев в проулок, ведущий к особняку Метельских, барон предусмотрительно поехал медленнее: не стоит ревом двигателя привлекать внимание. В том, что его воины все сделали максимально аккуратно и жильцы ближайших домов не переполошились, глава рода ничуть не сомневался.
Через минуту спорткар припарковался неподалеку от стоящего на обочине тонированного микроавтобуса.
— Сиди тихо, — приказал Костя зомби и вышел из автомобиля.
Почти сразу рядом с ним словно из ниоткуда возник высокий мужчина в черной форме.
— Все под контролем, — негромко доложил заместитель Гурова. — Матвей Иванович с Минаевым в микроавтобусе. Повариху отвели в дом для персонала. С ней беседуют, женщина ведет себя адекватно. Владислава Юрьевна по-прежнему в своей комнате.
Кивнув, Росс приказал:
— Увеличить охрану. Установить камеры видеонаблюдения и круглосуточные посты на территории особняка. С этого момента даже мышь не должна просочиться. Ты понял, Степан?
— Слушаюсь, господин, — отозвался безопасник и растаял в темноте. Константин же, с характерным шорохом отодвинув дверцу микроавтобуса, бесшумно нырнул в салон.
Усевшись на длинное боковое сидение, он безэмоционально посмотрел на бледного, как мел, диверсанта, затем на сидящего рядышком Гурова.
Дождавшись, когда автоматически вернется на место дверь и едва уловимо блеснет полог тишины, Константин скупо улыбнулся.
— Ну здравствуй, Роман."
"— Не стоит желать мне здоровья, Константин Александрович, — скривился Минаев. — Я знал, на что шел.
