Удар щупальца сшибает ящики на меня. Оглушённая хрустом ломающегося дерева, я успеваю обратиться к источнику, наполняя тело его магией до самого предела, как учил Дарион.
Деревянный угол ящика ударяет в грудь, но боли нет. Странное ощущение наполняет тело, а сверху сыплются и сыплются доски. Сверху их припечатывает ударом, а я… я жива. Заклинание укрепления тела работает!
Но мерзкую тварь не обмануть, щупальца отшвыривают ящики. Пасть нависает надо мной, загораживая небо. У меня ни капли магии, всё вложено в усиление, и глупая мысль: а может, чудовище из-за заклятия не сможет меня перекусить, я попаду в брюхо, и потом меня вытащат, как Красную Шапочку?
Оглушительный звон режет воздух. Тварь сшибает в сторону. Дракон с чёрно золотой холкой и пылающими глазами склоняется надо мной, закрывает гигантской лапой.
Арендар."
"Щупальце хлёстко ударяет его по морде. Накрыв меня собой, Арендар рычит. Вспыхивают выплюнутые им пламя и молнии, опять дрожит земля. Кто-то страшно воет. Трещит огонь, оранжевыми отсветами покрывает нависающего надо мной дракона. Пытаюсь встать, дотянуться до чёрных чешуек с золотыми прожилками.
— Арендар… Арен… Ника… Пушинка… — шепчу я.
Он рычит. Отступает и сгребает меня в огромную лапу, точно игрушку. Нас окружает вздыбленная земля. Воздух раскалён. Пахнет дымом и кровью.
Из ворот выбегают люди.
— Ника! — хрипло кричу я.
В свете пылающей трибуны видны разбросанные по стадиону тела. Чёрная тварь поднимается из разлома в земле. В памяти всплывают слова профессора о вестниках Бездны — жутких чудовищах, с которыми могут совладать лишь самые сильные драконы.
Упираясь в землю тремя лапами, растопырив крылья, Арендар глубоко вдыхает. Из его пасти вырывается белое от накала пламя в оплётке из молний. Штыри земли пронзают тварь снизу, держат, не позволяя избежать струи огня. Вонь накрывает нас. Шары молний взмывают над полем, добавляя света.
Погасив пламя, Арендар вновь рычит. Он в ярости рвёт землю когтями и просто удивительно, что при этом держит меня в лапе почти нежно.
— Ника, Ника, — повторяю я, вцепляясь в его чешуйчатый палец.
Но вместо того, чтобы подойти к ней, Арендар взмывает в небо. Холодный воздух ударяет меня, ослепляет на миг.
Когти и чешуя Арендара цокают о камень дорожки возле его академических апартаментов, а рык прокатывается вокруг, сотрясая стёкла.
— Арендар! — дёргаю его палец.
Наткнувшись мордой на дверь, он уменьшается, аккуратно ставя меня на землю. Ноги не держат, но упасть не успеваю — Арендар поддерживает. Он стискивает окаменевших на моих запястьях змей, и те рассыпаются в пепел. Арендар подхватывает меня на руки. Его лицо застыло в странном напряжённом выражении, глаза — два озера расплавленного золота, из точёных ноздрей вырывается дым.