– Мы определили, кто и насколько участвует в штурме, – от низкого чувственного голоса Арена по телу пробегает дрожь. – Понадобиться несколько дней, чтобы всех собрать.
Я плыву, но пытаюсь собрать мысли:
– Зачем собирать много участников? Это же долго. Может, лучше всё решить неожиданным быстрым ударом?
Арен покачивает головой:
– А если придётся сражаться с армией големов и вестниками? И почему мы с вампирами должны принимать на себя основной удар? Эльфам тоже есть что показать.
Дарион опять ворчит. Может, и не на нас, а на слова Арена о совместной операции.
– Человеческие королевства привлекли? – Поглаживаю ладонь Арена.
– Да, – Арен скользит рукой от кончиков моих пальцев до запястья, и я улыбаюсь. – Для подстраховки их тоже приведём. Мы не знаем, с чем столкнёмся. Возможно, с демонами.
С демонами, как Эзалон? Помню, как легко он разобрался с преследовавшими меня культистами. Если из Пат Турина полезет армия таких…
Прижимаясь к Арену, шепчу:
– Правильно, надо подстраховаться.
Он обнимает меня за плечи, и сразу становится теплее. Но страх холодит само сердце: в Пат Турине может случиться что угодно.
Вдруг Рассекающая согревает моё бедро и руку.
«Мы справимся», – будто издалека доносится её голос.
Похоже, с ней контакт налаживается очень хорошо.
***
В роскошной столовой воздух почти гудит от напряжения. Его не смягчают даже пастельно-серебряная обстановка, цветы в вазах и красиво сервированные блюда. Общение с вампирами и эльфами императору с Элоранарром явно пришлось не по душе, оба напряжённо молчат и подозрительно громко режут ножами мясо.
Ланабет то и дело касается плеча императора, и после этого он ненадолго прекращает шумно терзать кусок в тарелке. Элоранарр ревниво на это поглядывает.
Линарэн почти не ест, больше созерцает солонку перед собой.
А вот Арен… Арен по капельке добавляет соус, а когда тянется к соуснику, будто невзначай поглаживает мою ладонь.
Заметив эту вольность, Элоранарр мрачнеет ещё сильнее. Понаблюдав немного, заявляет:
– Отец, несправедливо, что мои драконицы вынуждены есть отдельно.
Император поднимает на него мрачный взор:
– Мне здесь цирк не нужен. Я предпочитаю есть в тишине.
– А расплачиваться за твоё упрямство приходится мне, – Элоранарр вновь косится на мою руку, по которой скользят пальцы Арена. – Арен, прелесть ты наша новобронированная, вылей весь соус в тарелку.
– Мне больше нравится понемногу, – ничуть не смущается Арен. – Умеренно. Один соус, но самый лучший."
"Пушинка, вроде дремавшая на диване, хихикает. Император бросает на неё гневный взгляд, но попытка молча воззвать к её совести с треском проваливается.
***
После лёгкого ужина Ланабет уводит меня тренировать дар. В гостиной, точно на семейных посиделках, нас ждут чай и сладости.