— Не стоит их подставлять, — Ланабет, по приказу которой драконицы сейчас идут перепроверять за фрейлинами комнаты для высоких гостей, прищуривается. — И не стоит забывать, что их с Элором связывают длительные отношения, они могли бы встать на защиту его сокровищ.
Раньше я бы посмеялась, но теперь, когда носовые платки вдруг обрели для меня небывалую ценность, перья уже не кажутся смешным сокровищем.
— Пора. — Ланабет направляется к двери.
«Надеюсь, защита там надежная и будет повод пострелять», — воодушевленно желает Пронзающий.
И он, и Рассекающая пожелали непременно участвовать в деле. А на стреме у нас Пушиночка. Она слабее Пушинки, поэтому сама вскрыть защиту и принести перо не может.
Перейдя в гостиную с окнами на противоположную дворцу сторону, Ланабет открывает раму и, оглядев сад, первая выпархивает наружу.
— Действуем быстро.
Вжих! — и она уже приземляется возле башни Элоранарра и машет мне рукой, приглашая скорее лететь. Нервно хихикнув, подбираю подол и, взобравшись на подоконник, выпускаю крылья. Башню Элоранарра я чуть не пролетаю мимо, в последний момент удачно разворачиваю крылья и ухватываюсь за куст. Что-то мне все веселее и веселее, несмотря на серьезность Ланабет.
Она молча указывает вверх. С крыши на нас как раз смотрит Пушиночка, совершенно не заботясь о том, чтобы следить за дворцом.
— Надеюсь, Элоранарр не решит внезапно явиться домой, — шепчу я."
"— Тогда нам придется действовать жестко, — впервые в голосе Ланабет мелькает насмешка.
Она отталкивается от земли и вмиг оказывается на уровне самого верхнего окна. Я тоже взвиваюсь вверх.
— Это могло бы быть отличной тренировкой взлома полной защиты с помощью зрения Видящей, — Ланабет вздыхает. — Но, боюсь, у нас нет на это времени. Придется часть защиты снять моей властью.
Она проводит ладонями по стеклам, очерчивает раму.
— Теперь смотри ты, здесь должна быть золотая печать с его именем.
Заклинание дается легко, только...
— Никаких печатей.
— Что ж, он сам виноват, — Ланабет открывает окно и, заглянув в щель между портьерами, ныряет внутрь.
Следом и я. В спальне Элоранарра пахнет пряностями. Стены, пол и потолок переливаются золотыми магическими печатями и нитями между ними. Моргнув несколько раз, гашу зрение Видящей и осматриваю комнату, насколько позволяет полумрак. Спальня неожиданно маленькая, кажется, она занимает не половину верхнего этажа, как у нас с Ареном, а треть. Зато кровать огромная, изголовье и изножье со сквозным узором и большими набалдашниками. Невольно приходит на память угроза Элоранарра: постель будто создана для того, чтобы кого-нибудь к ней привязать. Больше из мебели нет ничего, а стены... да они стеклянные. И потолок тоже. За ними в маленьких ячейках разложены сотни перьев.