Если что, оставлю дверь приоткрытой и специально не буду надевать ночнушку.
Кажется, король досчитал до трёх. Может, до десяти — не берусь судить. После чего пробормотал тихо, так, что я едва его расслышала:
— Я сегодня точно кого-нибудь убью. — Вскинув на своих оловянных солдатиков взгляд, приказал: — Королеву в её покои, и лекаря к ней. Немедленно.
— Будет сделано, ваше величество, — поклонился первый.
— Прошу, моя королева, — второй тоже изобразил поклон.
Делать нечего, пришлось идти, хоть ноги, если честно, из храма не несли. Оставалось надеться, что Редфрит не станет слушать её темнейшество, поимеет совесть и придёт к своей молодой жене, чтобы и её тоже…
Ну вы поняли, о чём я.
Если бы ещё месяц назад ему сказали, что он будет вынужден жениться на девице Фантальм, он бы рассмеялся этому шутнику в лицо. Потом, возможно, приказал бы его вздёрнуть где-нибудь на Глехской площади — в назидание любому, кто посмеет заикнуться о возможности такого союза.
Редфрит Галеано не любил шутников. Как и не любил свою молодую жену.
Хотя не любил — это ещё мягко сказано. Чувства, что вызывала в нём миара ведьмы Реалис невозможно было описать одним-единственным словом. Ненавидел ли он её? Бесспорно. Злился ли при взгляде на неё? Не то слово! Желал? Такого прежде Редфрит за собой не замечал, а потому ему было вдвойне интересно, что за демоны вселились в него в храме Темнейших и не приложила ли к этому руку его чародейка.
— Пойдём со мной, — велел он Мильдгите, из последних сил сдерживаясь, чтобы не сжать пальцы на её тонкой шейке.
Хотя с куда большим удовольствием он сжал бы их на шее своей, демоны побери, королевы.
Когда-то… очень давно, кажется, будто уже в прошлой жизни, они с Даниэлой были близки. Настолько, насколько могут быть близки наследник трона и невеста его лучшего друга. Нет, Редфрит и миара Эдары не были друзьями — по мнению принца, у леди Фантальм был слишком вздорный характер. О чём он не раз говорил Теобальду, намекая, чтобы тот не торопился с женитьбой и присмотрелся к другим девицам на выданье. Любая почла бы за честь выйти замуж за герцога Сканно. Молодого военного, подающего большие надежды.
— Ты слишком строг к Даниэле. Впрочем, как и ко всем женщинам этого и любого другого королевства, — с улыбкой выговаривал ему герцог.
— Большинство женщин этого и любого другого королевства знают своё место, — не сдавался Редфрит.
— Мы всё ещё говорим о женщинах или о мебели? — посмеивался над ним друг.
