Мэлис срывает с себя маску и бросает взгляд на Рэнсома через зеркало заднего вида.
– Трекер, – это все, что он говорит, но мы все знаем, что он имеет в виду.
Мы знали, что это должно было произойти, хотя и при более контролируемых обстоятельствах, а не во время стремительного бегства.
Рэнсом кивает, доставая аптечку первой помощи, которую мы припрятали сбоку в двери машины.
– Я должен вытащить из тебя маячок, ангел. И мне нужно сделать это быстро.
Он будто бы извиняется, и когда Уиллоу моргает, глядя на него, берет ее за запястье и проводит большим пальцем по тому месту, где под кожей установлено устройство слежения.
– Сделай это сейчас, – резко говорит Мэлис. – Чем дольше Оливия будет выслеживать нас, тем труднее будет сбить ее с нашего следа.
Рэнсом морщится, но принимается за работу, доставая инструменты, которые ему понадобятся для извлечения. Когда он проводит скальпелем тонкую линию по коже на запястье Уиллоу, она с шипением выдыхает, но я по опыту знаю, что такое острое лезвие не причиняет особой боли, когда пронзает кожу. Что действительно причиняет боль, так это все, что происходит потом, и я вздрагиваю, когда в голове всплывают воспоминания о «тренировках» отца, и на мгновение отвлекаюсь от своей задачи.
Я качаю головой и пытаюсь сосредоточиться, но стон боли, который издает Уиллоу, когда Рэнсом достает трекер, заставляет мой желудок сжаться.
– Ладно, готово, – говорит он успокаивающим голосом. Затем наполовину опускает стекло и выбрасывает трекер из машины, а после снова обращает свое внимание на Уиллоу. – Я наложу пару швов, и все будет хорошо. Ты отлично справляешься. У тебя получилось.
Она издает еще больше тихих, полных боли звуков, и я сдерживаюсь, чтобы не оглянуться и не посмотреть. Я знаю, что Рэнсом способен справиться с подобной задачей, но также я знаю, что меня будут раздражать его не такие ровные швы, какими были бы мои. Жаль, что не я занимался ее трекером, но мое задание другое.
– Еще один поворот налево в тот переулок, – говорю я Мэлису. – Потом, когда он закончится, поверни направо. Мы свернем на боковую улицу.
– Все готово. – В голосе Рэнсома звучит облегчение, и я слышу, как он шуршит, убирая что-то обратно в аптечку. – Как ощущения? Ты в порядке?
– Нет, – голос Уиллоу тихий, но по мере того, как она говорит, в нем слышатся сила и настойчивость. – Нет, нет, нет, нет, нет…
Я оглядываюсь через плечо и вижу, как она качает головой, повторяя слова снова и снова, пока у нее не перехватывает дыхание. Но даже тогда она продолжает качать головой, ее губы шевелятся, а в глазах появляются слезы.
– Эй. Дыши, красавица. – Рэн расправляет полы платья Уиллоу и придвигается к ней поближе. – Ты задыхаешься.
Но я даже не уверен, что Уиллоу его слышит.