Она разорвет вашу сделку с Иксом и позволит вам жить своей жизнью, свободной, без долгов и прочего.
Когда до меня доходят ее слова, я удивленно моргаю. Учитывая все обстоятельства, это отличный козырь, а значит, Оливия пристально следила за отношениями между нами. Иначе не знала бы, что эта тактика сработает с Уиллоу.
Я поворачиваюсь на сидении, чтобы послушать ее, а мои пальцы по-прежнему бегают по клавиатуре ноутбука. Это так необычно, что мне трудно сосредоточиться на текущей задаче. Обычно я легко справляюсь с многозадачностью, но сейчас больше сосредоточен на Уиллоу, чем на чем-либо другом.
Часть меня мечтает забраться к ней на заднее сиденье, чтобы быть ближе и прогнать боль из ее голоса и глаз.
Меня поражает, что Уиллоу была готова сделать для нас. Связать себя – навсегда – с таким человеком, как Трой, с его семьей. Быть марионеткой своей бабушки и вот так нести бремя ее наследия. Задача невероятно тяжелая, и Уиллоу собиралась сделать ее без вопросов.
– Может, еще не слишком поздно, – выпаливает Уиллоу, переводя дикий взгляд с одного из нас на другого. – Может, вы сможете вернуть меня обратно. Я могу, ну, не знаю, умолять Оливию и все равно выйти замуж за Троя. Тогда вы все будете свободны.
У меня перехватывает горло, а Мэлис рычит от ярости.
– Ни за что, – выпаливает он. – И вообще, Вик застрелил твоего чертова жениха. Свадьба, мать ее, не состоится.
Уиллоу немного отстраняется, выглядя еще более расстроенной. Я знаю, это не потому, что она оплакивает Троя, а вероятно, просто беспокоится о том, что теперь произойдет.
– Она этого так не оставит. Точно нет. Она разозлится еще больше из-за того, что ты подстрелил Троя, особенно если тот мертв. Он был нужен ей для планов по восстановлению ее наследия, и его семья, скорее всего, обвинит ее, если он умрет. – Глаза Уиллоу расширяются от страха. – Я не знаю, что она сделает…
Рэнсом обнимает ее и сажает к себе на колени. Он прижимает ее к себе, утыкаясь носом в шею, и мне приходится проглотить комок ревности.
Не потому, что я не хочу, чтобы Рэнсом прикасался к ней, а потому, что я бы хотел быть на его месте.
Эта мысль мелькает у меня в голове так естественно, что я удивленно моргаю. Я никогда не был тем, кто жаждет физического контакта. С самого детства. Я ни к кому так часто не прикасаюсь, даже к своим братьям.
Но с тех пор, как в нашей жизни появилась Уиллоу, она привела все в беспорядок, заставила меня сомневаться в себе, что, как я думал, никогда не произойдет. Заставила меня хотеть того, чего я никогда раньше не хотел.
Я даже не уверен, что смог бы вынести, если бы Уиллоу сидела у меня на коленях, но хочу, чтобы она была рядом. Я хочу обнять ее. Хочу быть тем, кто шепчет ей теплые слова и пытается успокоить ее.
– Вик, – ворчит Мэлис, вырывая меня из мыслей.