Я отчаянно всхлипываю, когда он обхватывает ее ладонью. Вик держит ее там, будто впитывает тепло, исходящее от меня… а затем поднимает ладонь и с силой ударяет ею по моей чувствительной плоти.
Я вскрикиваю, удивленная и очень, очень заведенная.
Вик шумно выдыхает. Его рука дрожит, когда он еще сильнее ударяет по моей мокрой щелке. Боль пронзает меня насквозь, острая и интенсивная, но в то же время чертовски приятная. Он прижимает одну руку к моему животу, пригвождая меня к месту, а затем начинает наносить шлепки по моей киске, чередуя мягкие и жесткие. Его рука становится все более влажной каждый раз, когда он поднимает ее.
Я борюсь с путами, задыхаясь и пытаясь вспомнить, как дышать. Его имя вырывается из меня так, словно я не могу вспомнить никаких других слов.
– Вик, Вик, Вик, Вик. Пожалуйста. Я сейчас…
Я уже чувствую, как нарастает удовольствие, чувствую, как ощущения грозят затянуть меня в свой сумасшедший водоворот. Мэлис и Рэнсом все еще наблюдают за нами, и жар от их взглядов усиливает ощущения.
Вик убирает руку с моего живота и возвращается к груди, грубо играя с сосками, отчего они становятся выпуклыми и ярко-красными.
Каждое прикосновение, каждый шлепок, каждый щипок еще больше заводят меня, но больше всего на меня действует сам Вик. Выражение его лица сосредоточенное, хищное и напряженное, глаза следят за каждым движением моего тела. Он будто бы позволяет себе получить все, что хочется, после очень-очень долгого периода воздержания. Он словно человек, проведший годы в пустыне и теперь никак не способный напиться.
Виктор поглаживает большими пальцами мои соски, успокаивая боль, вызванную недавними щипками, и почему-то этого оказывается достаточно, чтобы я снова завелась.
Накатывает еще один оргазм, заставляя меня содрогнуться. Вик не отстает от меня. Он снова возбужден – даже не знаю, обмякал ли его член вообще, – поэтому обхватывает ствол рукой и начинает дрочить, прерывисто дыша.
– Никогда не остановлюсь, – стонет он. – Никогда не перестану хотеть тебя.
Он быстро достигает кульминации, пальцы сжимаются вокруг члена, толстая, покрасневшая головка проскальзывает сквозь пальцы. На этот раз молочно-белые струйки его спермы попадают на мои бедра, киску и живот, и он наклоняется, размазывая и их.
Меня еще никто так не отмечал. Моя кожа скользкая и липкая, вся в его сперме, и это заставляет меня чувствовать себя грязной в самом лучшем смысле этого слова.
