Только не тогда, когда я не могу просто раствориться в объятиях Рэнсома.
Поэтому я делаю глубокий вдох и пытаюсь снова.
– Я в порядке. Просто… ненавижу все это.
Он бросает на меня взгляд, и я вижу боль и тоску в его глазах. В моем сердце те же чувства, он буквально отзеркаливает их. Как же сильно я хочу к нему прикоснуться.
Вместо этого я обхватываю пальцами холодный металл кованых перил.
– Эй. Оглянись, – бормочет Рэнсом.
Я хмурюсь, но делаю, как он говорит, и оглядываюсь. В паре ярдов сбоку от арочного проема есть маленькая дверь, которая ведет внутрь. Она выглядит скорее практично, чем вычурно, как многие другие части этого здания, поэтому я предполагаю, что она ведет в какую-то подсобку. Судя по тихому гулу, который я слышу из-за двери, там, возможно, находится кондиционер или вентилятор.
– И что? – спрашиваю.
– Заходи внутрь, – говорит он мне. – Она не заперта. Я проверил.
Я озадаченно хмурю брови, но полностью доверяюсь Рэнсому. Дверь открывается, и я проскальзываю внутрь, моргая в темноте.
Здесь шумно, звук постоянно работающего вентилятора заглушает стук моего сердца. Мгновение спустя Рэнсом заходит за мной и закрывает за собой дверь.
Он обнимает меня сзади, притягивая к себе. Его руки скользят вверх и вниз по моей груди, затем по изгибам бедер, разглаживая ткань платья. Я чувствую тепло его упругого тела, прижатого ко мне, и расслабляюсь в нем, закрывая глаза и глубоко вдыхая.
Запах машинного масла и смазки наполняет мой нос, но в нем чувствуется и аромат Рэнсома, такой успокаивающий и знакомый.
Он наклоняется, и я чувствую его губы у своего уха. Когда он говорит, его дыхание щекочет мне кожу, отчего по мне бегут мурашки.
– Помнишь, как я отправил тебя на примерку платья с моей спермой внутри? – спрашивает он.
– Что ж, я хочу отправить тебя обратно к твоему придурковатому жениху, пока моя сперма будет капать из твоей киски. Мэлис, Вик и я наблюдали за вами каждую секунду сегодняшнего вечера, и, хотя ты отлично притворяешься, я вижу печаль в твоих глазах. И я ненавижу это, красавица. Я охренеть как это ненавижу. И хочу стереть твою печаль, всего на минутку. Ты позволишь мне?
Кровь закипает. Я издаю тихий стон, прижимаясь попкой к его набухающему члену. Я знаю, это, наверное, плохая идея, но когда тяжесть этого вечера наваливается на меня, глаза застилают слезы, и все, чего я сейчас хочу, – это того, что предлагает Рэнсом.
Напоминание о том, кому я принадлежу на самом деле.
Напоминание о том, что в мире есть и хорошие вещи, а не только ложь, манипуляции и жестокость.
– Да, – шепчу я. – Черт, я бы хотела, чтобы нам не приходилось прятаться. Я бы хотела просто быть твоей. Вашей.
– Ты и есть наша. – Рэнсом целует меня в висок, его большие руки подхватывают подол моего платья и задирают его до талии.