Одной рукой я прижимала ее к груди, едва прикрывая пятую точку, пока доставала какую-то одежду.
Джесси склонил голову набок, провожая взглядом простыню, которая скользила по моей ягодице.
– То есть ты хочешь сказать… что мое выступление не удовлетворило тебя? – спросил он, и в его словах сквозил намек.
Я покраснела, когда на меня нахлынули ощущения прошлой ночи. Я прикусила губу, вспоминая, как он закинул мою ногу себе на плечо и раздвинул мои бедра, когда входил глубоко в меня…. Боже, меня никогда так не трахали. Настолько… интенсивно. Каждый раз, когда я думала, что больше не выдержу, он давал больше, и это только распаляло мое желание. Этот мужчина сделал меня ненасытной. Я потеряла счет оргазмам, число которых исчислялось двузначными цифрами. В тот момент все в значительной степени смешалось из-за бурбона и удовольствия, пока я не вырубилась от усталости и счастья.
– Твое выступление было, м‐м‐м… весьма достойным, – сказала я, отказываясь оставлять более восторженный отзыв ни о прошлой ночи, ни о Foxy Lady. Его самолюбию это ни к чему.
– Достойным. – Он ухмыльнулся. – Звучит… заурядно.
– Ага, – пробормотала я, натягивая одежду. Очевидно, он мне не поверил. Если оргазмы не убедили его в обратном, то, возможно, все те непристойности, которые я шептала ему на ухо, пока он награждал меня ими, сделали свое дело.
Очевидно, бурбон развязал мне язык, как и любой другой вид алкоголя, с которым мне когда-либо приходилось иметь дело.
Я плюхнулась на кровать, когда он запел новую песню, которую я не припоминала. Я откинулась на подушки, чтобы послушать его пение.
– Пока это все, что у меня есть, – сообщил он, отпустив последний аккорд.
– За что ты извиняешься?
– За то, что заглянул в твой скетчбук в тот вечер. Пока ты была в душе.
– А, за это. – Я легонько лягнула его по колену большим пальцем ноги. – Тебе стоит извиниться.
– А за то, что приревновал, не стану извиняться.
Приревновал? Джесси Мэйс? К какому-то случайному парню в баре, который меня даже не интересовал?
– Знаешь, ты тоже там есть, – сказала я, кивая на альбом, лежащий на полу.
Он посмотрел на скетчбук и потянулся за ним примерно за миллисекунду до того, как это сделала я. Он схватил его и откинулся на кровать, отбросив гитару. Я попыталась вырвать у него альбом, не обращая внимания на то, что я боролась с очень крупным и мускулистым, не говоря уже о том, что голым мужчиной.