В темной комнате, где запахло чем-то непонятным и настораживающим, голос отчима заставляет кровь стучать в венах. Маленькая девочка бессильно падает под его грубым напором, глаза её сопротивляются, но силы покидают её тело. Отчим словно демон удерживает девочку прикованным взглядом и грубыми руками, всё это время ожидая чего-то неясного и опасного....
Люба тоже приободрилась, широко улыбнувшись. Показала мне жест «класс».
— Ну да, Рус, — непринужденно отвечает мама, без эмоций, не понимает, что произошло утром. — Приезжай, мы ждём. Давайте уже поговорим и помиримся. Я переживаю за тебя, доченька. Давно не виделись.
— Уже бегу.
— Правда? — удивляется такому быстрому ответу. — Тогда я бегу накрывать на стол.
Сбрасываю вызов и с визгом обнимаю Любашу.
— Отпустили! Отпустили, представляешь? Домой паршивец вернулся.
— Я так рада, так рада! Ну беги, скорей! Удачи.
— Тебе спасибо большое за помощь, без тебя я точно бы на такое не решилась.
Чмокнув подругу в щеку, я подхватываю сумку и выбегаю в подъезд. Вызываю такси, через полчаса оказываюсь напротив своего дома. У обочины снова стоит крокодил железный на колёсах — я улыбаюсь сквозь слезы. Мне кажется, что кошмарное утро с вторжением полицейских мне просто приснилось.
Ну Руслан, напугал ты меня…
Уже мечтаю открыть дверь и плевать вообще на присутствие мамы! Все к дьяволу пошлю, наброшусь на него и страстно поцелую.
Пока еще рано радоваться, ведь я, если честно, планирую поговорить с Русланом очень серьёзно по поводу наших отношений и мамы. Он должен сделать выбор. Сегодня же. И если он выберет маму, то мне, конечно же, будет очень больно. Но в таком случае я не останусь в этом доме больше ни на минуту — прямиком отправлюсь вещи собирать, затем на вокзал.
Залетаю в коридор с улыбкой на лице, резко останавливаюсь.
Мама… стоит напротив Руслана, обнимая его, буквально висит на его крепкой шее, но, увидев меня, в сторону резко отскакивает.
— О, Рита!
Улыбка быстро меркнет.
Тело становится ватным и слабым, ноги почти его не держат. Накатывает ощущение разбитости, предательства. Я опять наступила на одни и те же грабли! Почему я такая дура? Боль от удара «грабель» не учит?
— Ой, кажется у меня что-то горит на кухне. Ритунь, проходи, скоро будем ужинать.
Мама убегает на кухню. Я стою словно опилками набитая, с горечью глядя на Руслана. Он держится невозмутимо, но его медовые глаза радостно поблескивают.
— Надо поговорить, — без капли улыбки молвлю.
Ещё минуту назад я мечтала с разбегу броситься в его жаркие объятия, но сейчас мечтаю залепить звонкую пощёчину.
Подхожу ближе, глядя в лицо нахалу. Похоже, мой поступок, моё самопожертвование, никто не оценил.
— Тебя выпустили?
— Да, как видишь. Сказали, что ошиблись и сняли все обвинения. Хер знает почему, наверно я просто везучий парень, — надменно подмигивает.
