Автор
Когда улыбка становится напоминанием о готовящемся ударе, вы окунетесь в мир "Порочного Принца", где Ронан и Тил балансируют между влечением за сердцем и злодейством. Встречайте шаткую веру и тщетные попытки сохранить дружбу в условиях жестокой реальности, описанный с психологической глубиной и атмосферой мрачной ходьбы по холодному камню....
Короче говоря, не ты.
Я чувствую, как тяжесть спадает с моей груди, отправляя это сообщение. Мне нужно было напомнить себе об этом факте так же сильно, как сообщить ему, потому что именно это беспокоит меня во всем этом — тот факт, что он, кто-то, даже близко не похожий на мой тип, так сильно вторгается в мои мысли.
Наступает долгая пауза, прежде чем он отправляет следующее сообщение.
Ронан:И все же ты кончила, когда я только коснулся твоих сисек.
Тил:Это потому, что я не знала, что это ты.
Ронан:Так вот почему твое возбуждение все еще покрывает мой живот?
Мои щеки пылают, и я проклинаю его всю дорогу до воскресенья.
Ронан:Все высохло, но оно на мне. Ты не заметила этого на новой фотографии в Инсте. Я не собираюсь смывать.
Тил:Ты болен.
Ронан:Мне нравится думать, что я не больнее тебя, ma belle — моя красавица, но я люблю дух соревнования.
Ронан:Отмени помолвку, и я, возможно, мог бы трахнуть тебя.
Я мог бы трахнуть тебя? Возможно? Словно он удостаивает меня своим чертовым членом? Высокомерие этого ублюдка.
Тил:Как будто я когда-нибудь захочу с тобой переспать.
Ронан:Думаю, мы оба должны согласиться с тем, что ты сделала сегодня.
Тил: Я этого не делала.
Ронан: Конечно. Все, что поможет тебе лучше спать по ночам.
Я почти могу представить его ухмылку, и мне хочется разбить ему лицо и это глупое чувство смущения вместе с ним.
Ронан:Спокойной ночи, ma belle — моя красавица. Мне будут сняться сны о твоем лице в оргазме.
Я отбрасываю телефон в сторону, кипя, сердце бьется так сильно, что почти опасно.
Он думает, что это нормально играть со мной? Он поймет, что значит играть.
Глава 9
Ронан
Есть такая вещь, связанная с отказом от привычек, которая портит человеческий мозг.
По крайней мере, так говорит Коул. Во всяком случае, я ему верю, потому что он читает больше, чем папа римский читает Библию.
Хочу сказать, что отказ от своих привычек это то, что делает меня странным. Теперь я вижу это четко и ясно.
Я перешел от вечеринок каждую вторую ночь, курении травки и секса с экзотическими девушками, к жизни священника.
Часть вечеринок можно преодолеть. Ларс не только больше не ворчит на меня, чтобы я прекратил — отсутствие ночных развлечений также означает, что мама дома. Я каждый день завтракаю и ужинаю с ней. Излишне говорить, что ее присутствие имеет большее значение, чем все остальные незнакомцы, которые существуют в моей жизни только потому, что у меня есть деньги и статус.
