Порванная струна — это драматическая история о скрипке и человеке, который берет на себя ее судьбу. Эта музыкальная линия течет через нежность и грубость, щемящую тоску и светлая вера. В каждой ноте — отчаяние и надежда, любовь и отчуждение. Мужчина берет на себя ответственность за этот инструмент, его судьбу и те тайны, которые скрываются в глубине каждой скрипичной струны....
Сосед по даче не удивился ее звонку, сказал, что все знакомые, которые слышали о пожаре, уже ему звонили и что она, Надежда, позже всех собралась. И что нехорошо, конечно, радоваться, но его Бог уберег, не его тогда было дежурство, а то неизвестно еще, чем бы дело кончилось.
– Много всего сгорело? – спросила Надежда.
– Да не так чтобы очень, одна секция всего выгорела, восемнадцатая.
Надежда, перед которой лежал листок с записями, удовлетворенно кивнула: она так и думала. Терминал номер 7, четвертый блок, секция номер 18 – все сходится.
"– Несколько контейнеров здорово пострадало, – солидно продолжал Николай Михалыч. – В одном – ценное какое-то оборудование было, медицинское, кажется, от жары все полопалось. Теперь у начальства неприятности со страховой компанией, большие деньги платить придется.
Надежда смекнула: где страховая компания, там следствие будут вести строго, деньги-то большие платить никому не хочется зря.
Утром в понедельник я ждал Надежду Николаевну в переходе метро, чтобы перехватить ее перед работой и обменяться информацией, на чем она очень настаивала.
Про мои события в ночь с пятницы на субботу она уже знала и очень ругала следователя Громову за самоуправство. Я, хоть и был зол на милицию, сказал все же, что, по моим предположениям, Громова тут не виновата, что посадили меня менты без ее распоряжения.
– Все они одинаковы, правды не найдешь! Но мне некогда, так что слушай!
И она быстро и толково изложила мне все про письмо и показала свои записи.
– И вот смотри, я тут вчера прикинула на листочке: 12 марта кто-то принял факс, там есть дата. Дальше, 14 марта в Сертолове случается пожар, и, как мне удалось выяснить, предположительно, правда, сгорел именно тот контейнер, номер которого был послан по факсу.
– И сразу заподозрил неладное? – скептически заметил я.
– Не сразу, но бумажку зачем-то прихватил с собой. Сможешь узнать, откуда факс был послан? – неожиданно спросила Надежда.
– А вам зачем?
– Затем, что тут какая-то загадка. Уже два человека вокруг этого факса погибло: девушка и сторож при пожаре.
