Порванная струна — это драматическая история о скрипке и человеке, который берет на себя ее судьбу. Эта музыкальная линия течет через нежность и грубость, щемящую тоску и светлая вера. В каждой ноте — отчаяние и надежда, любовь и отчуждение. Мужчина берет на себя ответственность за этот инструмент, его судьбу и те тайны, которые скрываются в глубине каждой скрипичной струны....
– Минуты три…
– Как она выглядела?
– Такая… в белой шубке коротенькой… высокая… – Старушка на миг прикрыла глаза вспоминая, как мелькали на бегу ноги девушки. – Сапоги черные на каблуках.
– В какую сторону? – крикнул молодой человек уже на бегу."
"– Направо по Литейному… да только куда же он, поздно уже… – Старушка беспомощно оглянулась на соседку.
– Андрюша, куда же ты? Не догонишь! – кричала та, перевесившись вниз.
Но ответила соседкам только хлопнувшая дверь подъезда.
Я вылетел из подъезда, чувствуя хороший спортивный азарт.
Во-вторых, от меня не укрылось легкое пренебрежение в глазах пострадавшей старушенции – дескать, где ему догнать, такому мелкотравчатому… Вот интересное дело, какое отношение имеет мой рост к бегательным способностям? Несведущие люди думают, что быстрота бега зависит только от длины ног.
Направо по Литейному никого не было видно. Машины и общественный транспорт по проспекту не ходили – давно уже клали какое-то особенное дорожное покрытие, да не больно торопились, потому что в данный момент работы вообще никто не вел.
Не подумайте, что я размышлял, стоя как дурак посреди проспекта. Напротив, мысли посещали меня на бегу. Если девица не свернула в какой-нибудь подъезд, то она должна быть впереди. Не снижая темпа, я взлетел на стоявший у края тротуара брошенный асфальтовый каток. Впереди стоявшая женщина отшатнулась, увидев меня на крыше – еще бы, только что парень был на земле, и вдруг – как по воздуху переместился на крышу катка.
Впереди мелькнула белая шубка. Лапочка как раз сворачивала направо в переулок – не идти же по всему Литейному пешком. Я кубарем скатился с крыши катка и ринулся дворами наперерез.
