Маша просыпается в чужом теле с чужой памятью и ответственностью за ребенка. Приняв имя Мариэлла Монкар, она устраивается преподавателем алхимии, пытаясь приспособиться к новому миру. Ей предстоит выжить, скрыв свой секрет, и найти свое место в враждебном окружении студентов и магов.
Раздел Chitat.online для книги «Пощады, маэстрина!» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Маша просыпается в чужом теле с чужой памятью и ответственностью за ребенка. Приняв имя Мариэлла Монкар, она устраивается преподавателем алхимии, пытаясь приспособиться к новому миру. Ей предстоит выжить, скрыв свой секрет, и найти свое место в враждебном окружении студентов и магов.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Милена Валерьевна Завойчинская Самиздат подборки серии
Маша просыпается в чужом теле с чужой памятью и ответственностью за ребенка. Приняв имя Мариэлла Монкар, она устраивается преподавателем алхимии, пытаясь приспособиться к новому миру. Ей предстоит выжить, скрыв свой секрет, и найти свое место в враждебном окружении студентов и магов.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Пощады, маэстрина!» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Их подняли с утра пораньше, и они все утро бегают с выпученными глазами, словно виверной покусанные.
Я хмыкнула. Еще бы. Видела я тот творческий беспорядок, что творился в этих двух местах. При стареньком ректоре, который все забывал, они себя не особо нагружали. Пыль, бардак, кучи папок и бумаг на столах. Как они вообще там что-то умудрялись находить, мне неясно.
— Да-да, Мари, — правильно поняли мои эмоции коллеги. — Бедным дамам предстоят «веселые» дни. Это вы еще в архив не спускались. Вот где хаос и бездна.
Занятия я решила вести как обычно, следуя странной методичке и собственному разумению.
Мои хвостатые и ушастые студенты успешно справились с изучением и приготовлением антидота. Некоторые не с первой попытки, но все же сделали все до единого, чем порадовали. И сегодня четвертый курс снова ждал от меня чуда.
— Маэстрина, а вы нас сегодня чем-то будете угощать? — с ехидной улыбкой громко спросил рослый детинушка с галерки. — Я бы не отказался, чтобы что-нибудь выросло... — И он выразительно подвигал бровями.
Его приятели заржали, а девушки зафыркали.
— Нет, Ди́ппель, сегодня у вас ничего не вырастет, — невозмутимо ответила я. — А хотя... Идите-ка сюда. Будете моим подопытным кроликом.
— Маэстрина, ну какой же я кролик? — вальяжно встал и начал спускаться к моей кафедре. — У меня даже хвост был волчий.
— Ну, хорошо, Жак, сейчас у вас будет кое-что как у льва. Не возражаете? — усмехнулась я.
Вытащила из ящика стола флакончик с концентрированным эликсиром, который я сварила и зачаровала за выходные. Причем для себя. Но на что только не пойдешь ради студентов.
— И что это?
— Смелее, Ди́ппель. Вы произведете фурор, я обещаю.
Четверокурсник немного помедлил, но дружки его подначивали, к тому же он сам вызвался... Пришлось ему выпить.
— И что? Я ничего не чувствую, — сообщил он, проглотив все и помедлив несколько секунд.
— А по ощущениям? Вы поняли, что это было? Какой состав? Какие активирующие чары? Запишите на доске все, что вам вспомнится. А мы пока подождем. — Я села на свой стул и жестом пригласила парня к доске."
"Тот почесал затылок. Взял мел и неуверенно, с паузами, попытался вспомнить, что же из ингредиентов он почувствовал. Записывал. Чесал голову. Снова писал. Передергивал плечами и опять выводил мелом слова...
А студенты следили с жадным вниманием за его потугами. Потом заметили, зашушукались, зашептались, переглядываясь и пихая друг друга локтями.
Жак Диппель пока ничего не понял, только все активнее скреб зудящую голову. Потом дернул себя за волосы и... осознал. С возгласом подпрыгнул на месте, бросил мел и обеими руками вцепился в свою шевелюру, которая за эти несколько минут уже вымахала ему до пояса и останавливаться в росте не планировала.
