Автор
Руслан снова погружается в безвыходную ситуацию со своей лучшей подругой-кличкой Славой. Пропавшиеся дни вернулись с грохотом, и он вынужден начинать все сначала, оставаясь на грани между реальностью и чудесами. Хитрое обманчивое лицо Славы снова раздирает надвое его уверенность в ней, заставляя снова и снова упираться в неизменный мрак....
Ну что мне с этим делать?
Что?!
Глава 8
Ярослава
Сплю. Открываю глаза, поворачиваю голову к окну, понимая, что уже день. Снова закрываю глаза и сплю дальше. Спускаться вниз и опять воевать с Черновым сил нет. Вчера по его глазам я поняла, что это все бесполезно. Пока бесполезно. Осталось надеяться, что меня найдут, или Руслану это, в конце концов, надоест.
Просыпаюсь, наверное, к обеду. Но это не точно.
Я бы, конечно, еще подремала, но очень хочется пить и в туалет.
Поднимаюсь с кровати. Я по-прежнему без трусов, в одном мужском свитере.
Нет, меня совсем не печалит факт пропущенной свадьбы. Меня печалит заточение. И отсутствие здравого смысла у Чернова.
Надолго хватит его упрямства?
Скорей всего, нет. Он всегда был нетерпелив, эгоистичен и непостоянен.
Снова закутываюсь в плед и спускаюсь вниз.
Камин уже горит, пахнет дровами и едой. Чернов на кухне, в белой обтягивающей его спортивный торс футболке, что-то готовит. Понимаю, что голодна. Желудок сводит.
— Добрый день, — не оборачиваясь ко мне, спокойно произносит этот гад.
— Ага, и тебе не болеть, — огрызаюсь я и закрываюсь в ванной. Мне даже не хочется с ним ругаться или чего-то требовать. После вчерашнего выплеска адреналина наступили откат и опустошение.
Умываюсь, чищу зубы предусмотренной для меня новой зубной щеткой, расчесываюсь и снова кутаюсь в свой плед.
Выхожу. Иду на кухню мимо Чернова, под его пристальным взглядом наливаю себе из кувшина воды и с удовольствием пью.
— Может, Ярослава Андреевна желает кофе? — интересуется Руслан.
Ах, объявить бы голодовку. Но кофе хочется больше.
— Желает. Со сливками, — снисходительно отвечаю я.
— Присаживайтесь, моя госпожа, — отодвигает для меня стул. — Сейчас всё будет."
"Молча сажусь, кутаюсь в плед, закрывая от Чернова даже ноги. Нефиг тут облизывать меня своим похотливыми глазами.
С первого взгляда Чернов может показаться каблуком. Готовит, кофе подает, ножки целует, госпожой называет. Но это всё напускное. На самом деле он вертит бабами, как хочет, и прогибает под себя.
Руслан ставит передо мной чашку кофе и тарелку омлета с овощами и ветчиной. Молча принимаю, смотря отрешенно в окно. Беру чашку, пью кофе.
— Ярослава Андреевна, сотрите со своего лица февраль. Оттого, что вы не выйдете сегодня замуж, мир не рухнет, — язвительно произносит Чернов.
Ах ты, сволочь.
Хочется съязвить в ответ. Задеть его, надавать словесных пощёчин.
