Автор
В мрачном доме супермаркета Триш скрежетали холодильники и мерцал свет в коридорах. Я ждал мамы, но она была недостаточно матерью — слишком занята работой днем и ночью. Внезапно я увидел седовласого отца Кен Скотт, всегда занятого жизнью и успехом, который стал для меня не просто бабулей, а образцом мужества и силы духа....
Вежливый ублюдок.
Тесса идет за Смитом на танцпол, и я благодарен Лэндону и его новоиспеченной жене за любовь к медленным сопливым песням. Они начинают танцевать: Смит выглядит несчастным, а Тесса заметно нервничает.
– Как у тебя дела? – спрашивает меня доктор, пока мы оба наблюдаем за одной и той же женщиной.
– Нормально, а у тебя? – Нельзя грубить этому парню, он все-таки встречается с девушкой, которую я буду любить всю жизнь.
– Хорошо, я сейчас на втором курсе медицинского.
– Так что, осталось только десять лет? – смеюсь я, пытаюсь быть настолько любезным, насколько это возможно по отношению к парню, который неравнодушен к Тессе.
Я заканчиваю разговор и иду к Тессе и Смиту. Она замечает меня первой и застывает на месте, когда встречается со мной взглядом.
– Не помешаю? – говорю я и оттаскиваю Смита за его парадную рубашку в сторону, пока кто-нибудь из них не надумал возразить. Мои руки немедленно ложатся на ее талию, касаясь бедер. Лишившись дара речи, я двигаюсь вслед за ней и чувствую, как от этих прикосновений меня захлестывают эмоции.
Прошло так много времени, слишком много времени с тех пор, как я в последний раз держал ее в объятиях. Несколько месяцев назад она приезжала в Чикаго на свадьбу подруги, но не позвала меня в качестве сопровождающего. Она пошла одна, но позже мы встретились и поужинали. Все прошло очень мило: она выпила бокал вина, мы съели напополам огромную порцию мороженого, обсыпанного конфетками и в избытке политого горячим шоколадом.
– Подумал, что стоит спасти тебя, Смит немного низковат. Ужасный партнер для танцев, – произношу я, когда наконец получается что-то связно выговорить.
– Он рассказал мне, что ты его подкупил, – улыбается она, качая головой.
– Вот ведь гаденыш. – Я бросаю сердитый взгляд на предателя, который садится обратно на свое место, по-прежнему один.
– Вы очень сблизились, по крайней мере с тех пор, когда я в последний раз вас видела, – восторженно замечает она, и я, как бы ни старался, ничего не могу поделать с румянцем, заливающим щеки.
– Да, наверное, – пожимаю я плечами. Она крепче обнимает меня за плечи, и я вздыхаю. Черт возьми, вздыхаю в буквальном смысле слова, и знаю, что она меня слышит.
– Ты отлично выглядишь. – Она пристально смотрит на мой пирсинг.
