Автор
Неожиданное открытие разрушает мир Натальи. После двадцати восьми лет брака супруга ждёт развод и необходимость начать жизнь заново. Перед героиней открывается неожиданная дверь в новое будущее, полное вызовов, возможностей и шансов на личное счастье.
Потом он еще поднялся вместе с ней в квартиру и проследил за тем, чтобы она эти бумаги спрятала. Был недоволен, заявил:
- Нельзя быть такой легкомысленной. Тебе нужен сейф.
Но и это еще не все. Он обошел квартиру, процедил:
- Дешевка, - на ее диван.
А под конец зашел в лоджию. Оглядел ее работу, разбросанные кисти, тюбики краски, полиэтилен на полу. Презрительно хмыкнул, развернулся и направился в прихожую, обронив:
- На этом все расчеты между нами закончены.
В дверях неожиданно остановился и обернулся к ней:
- У нас с Ксенией через месяц свадьба.
Неужели ему нужно ее благословение?
- Я рада за вас, - проговорила Наталья. – Прощай.
***
После этого она долго не могла выдохнуть все это. Хотелось помыться, но не было сил. Так и сидела, подперев лоб на том самом своем «дешевом» диване. Потом подумала, что надо бы сменить замки.
Мысль пришла и пролетела, как, может, и нужная, но незначительная. Запереть от кого-то можно только свой внутренний мир, а остальное? Нет смысла. Она встала с дивана и пошла мыться, переодеваться, а после направилась в лоджию.
Там все было так же, как она оставила. Краски, кисти, на мольберте холст с недописанным пейзажем. Но освещение изменилось, солнце ушло, день далеко перевалил за полдень. Дело к вечеру, небо в красных облаках, ветер...
Всего один день, а по ощущениям – как будто полжизни прошло.
Наталья сняла старый холст и убрала его в сторону, «лицом к стене». Развернула мольберт, установила на нем новый холст и быстро и сосредоточенно написала красный закатный пейзаж. Контрастно, резкими крупными мазками. Город, черно-синие тени и слепящие отблески заходящего солнца на стеклах.
Никакой мягкости и воздушной легкости, но здесь была какая-то особая пронзительность. Настроение. Момент.
Она сложила кисти и отошла.
Не больше двух часов. Быстро она управилась, и усталости не ощущалось вовсе.
Потом оглянулась на лес вдалеке, угадывавшуюся в вечерней дымке реку. И вдруг поняла – Это ей не для того, чтобы рисовать, это для того, чтобы смотреть и отдыхать душой. А рисовать у нее теперь получалось другое.
Она оглядела картину еще раз и стала прибраться.
Тщательно промыла кисти, сложила все на место, недописанный утренний пейзаж со светящимся небом, кстати, так и остался отвернут к стене. На память.
Потом она ушла в комнату."
"Опять присела на диван, прежние мысли полезли было в голову, но уже по-новому.
