Автор
Аня, взволнованная и опустошена, готовится к разводу. Свидетельство о разводе бросается ей на стол — сигнал окончания их четырехлетнего брака. Тем временем Демидов ставит четкие условия: двадцать четыре часа для принятия решения и обязательный отказ от своей фамилии. Вокруг кипят страсть, обманчивая спокойствие и холодность отношений....
– Я еще тогда должна была сверить все с описью. Простите, это моя вина.
Арсений слушал, ощущая, как в груди лавой кипит гнев. Потом медленно выдохнул и спросил:
- Что пропало?
- Ювелирные украшения. Я допросила горничных, одна из них призналась, что это было распоряжение вашей… - экономка запнулась, нервным жестом потирая горло. - Вашей невесты.
глава 7
Арсений дышал медленно и размеренно, на непроницаемом каменном лице ни одной эмоции. Гнев сейчас душил его, но он вполне мог контролировать это.
Значит, крыса завелась? Кто-то посмел воровать у его женщины?!
Но это было хорошо, это развязывало ему руки.
Экономка застыла, с затаенным страхом ожидая, как он воспримет. А он нарочно молчал, ждал, что она скажет еще.
Тяжелая, давящая пауза длилась и длилась, наконец экономка глухо проговорила:
- До моего сведения доводили, что Анна Александровна находится здесь на особом положении. И с… - все-таки женщина запнулась. – С определенного времени работает на вашу будущую супругу.
Он действительно отдал такое распоряжение.
Марина решила, что ей все можно?
Сейчас он молча слушал экономку. Просто слушал и смотрел на нее. Демидов прекрасно знал, как действует на людей его прямой взгляд, как они начинают скулить, и сейчас видел именно это. Экономка сильно побледнела, казалось, еще немного, и у нее начнется тихая истерика.
- Скажите, - проговорил, почти, не разжимая губ. – Моя невеста связывалась с вами напрямую?
- Нет, - женщина дернулась, в глазах метнулся страх. – Я не получала прямых указаний от госпожи Прохоровой. Это распоряжение получила моя предшественница. Она же ввела меня в курс дела, когда передавала полномочия.
Неглупая, Арсений ценил это в людях."
"Он повернул голову в сторону холла и сухо, без эмоций произнес:
- Впредь любые распоряжения согласовываются только со мной.
- Я поняла.
- И еще. Я не терплю воровства, Лидия Васильевна. Весь персонал должен быть немедленно уволен.
- Я… - женщина задохнулась, пошла пятнами, но все же спросила: - Тоже уволена?
- Вы остаетесь, - он перевел на нее тяжелый взгляд. - Достаньте ваш блокнот и записывайте.
Она тут же полезла в карман за блокнотом и ручкой. Руки тряслись, но вид у экономки был сосредоточенный.
