Автор
Демид оглядывается на Лору с недовольством, когда они приближаются к его дому. Он готовится взять бывшую жену в Израиль не для лечения дочери, а для других целей. Лора возмущается, но Яна увещевает девушку: полное имя ей не нравится.
— Примерно тогда я и понял, что точно не хочу детей, — говорит Глеб вполголоса, подмигивая Эле, и я не могу сдержать усмешку.
Во времена нашей учебы Соня не раз вмешивалась в наши посиделки у меня дома, и они частенько превращались в квест «Укачай ребенка». Глеба моя малышка «любила» особенно нежно, крича как резаная, стоило ему взять ее на руки. А уж сколько раз она срыгивала на него!
Ксюша подходит к Соне, которая вежливо говорит: «Привет», застенчиво разглядывая гостью из-под опущенных ресниц, и протягивает ей коробку из пакета, который принесла с собой.
— Я не знаю, понравится ли тебе мой подарок, но в магазине меня уверили, что все маленькие девочки обожают этих кукол.
Глаза Сони загораются восторгом при виде знакомой коробки."
"— Спасибо, — шепчет она, нерешительно беря ее в руки, а потом смотрит на Элю. — Можно открыть?
— Ну конечно, это же подарок. Спасибо, Ксюш. Соня обожает этих кукол.
— Я и для маленького кое-что купила, — протягивая ей пакет, говорит Ксюша. — Где он, кстати?
— Спит.
— Я только за, умираю от голода! — с энтузиазмом соглашается Глеб, и мы рассаживаемся в столовой зоне.
ЭляУжин проходит в непринужденной обстановке. Гости хвалят вкусные блюда, уплетают за обе щеки все, что я приготовила. Торт, конечно же, не успела спечь. Кое-кто отвлек.
Боже! Мне хочется прижать руки к горящим огнем щекам, стоит только подумать о том, что случилось в ванной… Как это произошло? Как я это допустила?
На Громова даже не смотрю, стараюсь делать вид, что ничего не изменилось.
Вспоминаем студенческие годы, смеемся, делимся памятными моментами. Как обычно, каждый помнит что-то свое, о чем другой человек уже и позабыл. Странные выверты человеческой памяти. Но в целом это ощущение светлого, яркого периода, когда единственной проблемой было вовремя и хорошо сдать сессию…
Украдкой оглядываю Глеба и Ксюшу. Он возмужал, она тоже изменилась.
— Пока мы были в отъезде, — говорит вдруг Глеб, — вы успели родить второго ребенка, развестись, поменять дом и снова сойтись.
