Автор
В глубокой зимней ночь, Хардин стоял на замерзшем асфальте, его сердце разрывалось от боли, хотя тело ощущало лишь мелкие скрипки подошв. Погружаясь в собственную боль, он не замечал холод и снега вокруг. Это пролог к роману "После ссоры", где каждое действие и эмоция наполнены драматизмом и мрачной теней....
Я снова втянула в неприятности того, кто их совершенно не заслуживает.
– Извини, – говорю я Тревору.
– Все в порядке. Тебя все-таки подвезти?
– Нет, она с тобой не поедет, – отвечает Хардин за меня.
– Да, я сейчас, – говорю я Тревору. – Оставь нас всего на минутку.
Как настоящий джентльмен, он кивает и отходит к своей машине, оставив нас наедине.
Глава 8
Тесса– Поверить не могу, что ты остановилась в мотеле. – Он проводит рукой по волосам.
– Ага, я тоже.
– Можешь жить в квартире, а я переберусь в общежитие или куда-нибудь еще.
– Нет. Ни за что.
– Прошу, не усложняй. – Он потирает лоб рукой.
– Не усложнять? Ты серьезно? Да я вообще не обязана с тобой разговаривать!
– Можешь успокоиться? Скажи, что случилось с твоей машиной? И почему этот парень тоже был в мотеле?
– Не знаю я, что с машиной, – ворчу я.
Про Тревора отвечать не собираюсь – это не его дело.
– Я посмотрю.
– Не надо, я вызову кого-нибудь. Просто уходи.
– Я поеду за тобой к мотелю. – Он кивает на дорогу.
– Ты можешь прекратить все это? – громко говорю я, и Хардин закатывает глаза.
Он отступает назад, будто я его толкнула. Машина Тревора все еще на месте, он ждет меня.
– Нет, этим я не занимаюсь. Как ты могла такое подумать после всего, что я сделал?
– Вот именно, я так думаю как раз после всего, что ты сделал, – я едва не смеюсь над тем, какие он подобрал слова.
– Я просто хочу, чтобы ты поговорила со мной, – говорит Хардин. Но он так долго играет со мной – с самого начала, – что мне трудно понять, говорит ли он правду.
Его слова заставляют меня застыть на месте. Вот это наглость!
– Это ты хочешь услышать? Что я скучаю по тебе? Конечно, скучаю, но знаешь что? Я скучаю не по тебе, а по тому человеку, которым, как я думала, ты был. Но теперь я знаю, какой ты на самом деле, и не хочу иметь с тобой ничего общего! – кричу я."
"– Ты всегда знала, какой я! Все это время я был самим собой, и ты это знаешь! – кричит он в ответ.
Почему мы не можем поговорить нормально, без крика? Он просто сводит меня с ума, вот почему.
– Нет, я этого не знаю, а если бы знала, то…
Я замолкаю, чтобы не признаться, что хотела бы простить его. Но то, чего я хочу, и то, что я должна делать, – это совершенно разные вещи.
– То что? – спрашивает он. Конечно, он постарается выдавить из меня эти слова.
– Ничего, тебе пора.
