Автор
В глубокой зимней ночь, Хардин стоял на замерзшем асфальте, его сердце разрывалось от боли, хотя тело ощущало лишь мелкие скрипки подошв. Погружаясь в собственную боль, он не замечал холод и снега вокруг. Это пролог к роману "После ссоры", где каждое действие и эмоция наполнены драматизмом и мрачной теней....
– Классно-классно. Тебе давно пора было найти себе девушку, – смеется Дрю. Хардин слегка отпускает руку, но все равно не опускает меня. – Почему бы тогда не набить что-нибудь, приятель?
Слышится гул машинки для тату; я перевожу взгляд на Стеф и с изумлением наблюдаю, как на коже ее живота появляются линии. Дрю вытирает лишние чернила салфеткой и продолжает.
– Может, и набью, – отвечает ему Хардин.
Я поднимаю глаза, и он ловит мой взгляд.
– Правда? Что ты хочешь сделать себе? – спрашиваю я.
– Пока не знаю, что-нибудь на спине.
Спина – практически единственная часть тела Хардина, на которой нет ни одной татуировки.
– Серьезно?
– Да. – Он упирается подбородком в мою голову.
– Кстати говоря, куда, на хрен, подевался твой пирсинг? – интересуется Дрю, опуская иглу машинки в чернила.
– Надоело. – Хардин пожимает плечами.
– Если он все испортит из-за болтовни с вами, то платить будешь ты. – Стеф смотрит на Хардина, и я смеюсь.
– Я ни хрена не собираюсь платить, – в один голос говорят Хардин и Дрю.
К нам наконец подходит Тристан – он берет стул и садится рядом со Стеф, а затем берет ее за руку. На коже Стеф появился небольшой рисунок в виде стаи птиц. Она и правда выбрала для него удачное место. Дрю подает зеркало, чтобы Стеф могла рассмотреть его получше.
– Здорово! – Она улыбается и возвращает зеркало Дрю, а потом встает.
– Что ты собираешься себе сделать, Хардин? – тихо спрашиваю у него я.
– Написать твое имя.
Моя челюсть отваливается чуть ли не до пола, и я с изумлением отодвигаюсь от него назад.
– Тебе не нравится эта идея? – спрашивает он.
– Нет! Господи, нет, это… не знаю, это безумие, – шепчу я.
– Безумие? Не совсем. Это показывает, что я предан тебе и что мне не нужно надевать кольцо или вступать в брак, чтобы сохранить свою преданность.
Его голос звучит так ровно, и я уже не уверена, шутит он или нет. Как за три минуты мы успели перейти от веселых шуток к разговору о браке и преданности? С нами всегда так, поэтому, наверное, мне уже пора к этому привыкнуть.
– Готов, Хардин?
– Конечно. – Хардин отходит от меня и снимает футболку.
– Цитату? – Дрю озвучивает мои мысли.
– Да, поперек спины вот эти слова: «Я не хочу расставаться с тобой с этого дня». Сделай сантиметра два в высоту, своим крутым фрихендом, – поясняет Хардин и поворачивается к Дрю спиной.
– Хардин, можно тебя на минутку? – прошу я.
Он точно узнал о моих планах поехать в Сиэтл и решил меня поддеть этой татуировкой.
