Автор
В глубокой зимней ночь, Хардин стоял на замерзшем асфальте, его сердце разрывалось от боли, хотя тело ощущало лишь мелкие скрипки подошв. Погружаясь в собственную боль, он не замечал холод и снега вокруг. Это пролог к роману "После ссоры", где каждое действие и эмоция наполнены драматизмом и мрачной теней....
Надо ему позвонить."
"Чувствуя, что меня не стошнит, выхожу из кабинки и иду к раковине. Нажав пару кнопок, я зажимаю телефон между ухом и плечом и пытаюсь оторвать бумажное полотенце. Я хочу намочить его, но вода начинает идти, только когда я несколько раз дергаю полотенцем рядом с сенсором – ненавижу эти автоматические краны. Подводка немного потекла, и выгляжу я совершенно на себя не похоже. Волосы взъерошены, глаза покраснели. После третьего гудка я нажимаю отбой и кладу телефон на край раковины.
«Какого черта он не отвечает?» – спрашиваю я себя, и мой телефон тут же вибрирует и едва не падает в воду.
Высвечивается имя Хардина, и я пытаюсь провести мокрым пальцем по экрану, чтобы ответить.
– Харольд? – говорю я в трубку.
Харольд? Боже, сколько же я выпила.
Хардин говорит странно, будто он запыхался.
– Тесса? Все в порядке? Ты звонила?
Господи, у него просто ангельский голос!
– Не знаю, разве у тебя не отражается имя абонента в списке входящих звонков? Если высветилось мое имя, то, вполне вероятно, это была я, – со смехом произношу я.
Его тон меняется.
– Ты пила?
– Возможно, – тонким голоском выдаю я и выбрасываю мокрую салфетку в урну.
В туалет заходят две пьяные девушки, одна из них спотыкается о собственную ногу и падает, что вызывает у всех взрыв смеха. Пошатываясь, они заходят в самую большую кабинку, а я пытаюсь снова сосредоточиться на телефонном разговоре.
– Где ты? – резко спрашивает Хардин.
– Ну чего ты, успокойся уже, а? – Он всегда просит меня успокоиться, так что теперь моя очередь.
Он вздыхает.
– Тесса… – Понимаю, что он злится, но мой разум слишком затуманен, чтобы из-за этого волноваться. – Сколько ты выпила?
– Не знаю… может, пять. Или шесть. Вроде того, – отвечаю я, опираясь о стену. Сквозь тонкую ткань платья я чувствую холод плитки – приятный, ведь все тело у меня горит.
– Пять или шесть чего?
– Коктейлей «Секс на пляже»… мы вот никогда не занимались сексом на пляже… Это было бы здорово, – ухмыляюсь я.
Вот бы сейчас увидеть его глупое выражение лица! Не глупое… а прекрасное. Но сейчас лучше думать, что глупое.
– Боже, да ты просто в хлам, – говорит он. Почему-то я знаю, что прямо сейчас он проводит рукой по волосам. – Где ты? – снова интересуется он.
Я знаю, что это звучит по-детски, но все же отвечаю:
– Там, где тебя нет.
– Логично. А теперь скажи мне. Ты в ночном клубе? – рявкает он.
– О-о-о… кто-то очень разозлился. – Я смеюсь.
