Автор
В глубокой зимней ночь, Хардин стоял на замерзшем асфальте, его сердце разрывалось от боли, хотя тело ощущало лишь мелкие скрипки подошв. Погружаясь в собственную боль, он не замечал холод и снега вокруг. Это пролог к роману "После ссоры", где каждое действие и эмоция наполнены драматизмом и мрачной теней....
Лэндон встает между нами и кладет руку на плечо сводного брата.
– Хардин, тебе лучше уйти.
Стиснув зубы, тот смотрит то на меня, то на Лэндона.
– Лэндон, убирайся отсюда к чертовой матери, – предупреждает он.
Но Лэндон не сдается, а я знаю Хардина достаточно хорошо, чтобы понять: он обдумывает, какие у него есть варианты и стоит ли ударить Лэндона прямо здесь, у меня на виду.
Вероятно, решив не делать этого, он делает глубокий вдох.
– Прошу… оставь нас на минуту. – Он пытается держать себя в руках.
Лэндон смотрит на меня, видит мольбу в моих глазах и поворачивается к Хардину:
– Она не хочет разговаривать с тобой.
– Нечего тебе решать, чего она хочет! – кричит Хардин и ударяет кулаком в стену; в гипсокартоне остается вмятина, от которой ползет трещина.
Я отскакиваю назад и снова плачу. «Не сейчас, не сейчас», – мысленно повторяю я себе, пытаясь контролировать эмоции.
– Уходи, Хардин! – кричит Лэндон, и тут в дверях появляются Кен и Карен.
О нет! Мне не стоило сюда приходить.
– Какого черта здесь происходит?
Все молчат. Карен смотрит на меня с сочувствием, а Кен повторяет вопрос.
Хардин с яростью смотрит на отца.
– Я пытаюсь поговорить с Тессой, а Лэндон сует свой нос в чужие дела!
Кен смотрит на Лэндона, затем на меня.
– Что ты натворил, Хардин?
Его тон сменился с обеспокоенного на… сердитый? Не понимаю.
– Ничего! Твою мать! – Хардин трясет кулаками в воздухе.
– Он все испортил – вот что он натворил, и теперь Тессе некуда пойти, – вводит их в курс дела Лэндон.
Я хочу что-то сказать, но не имею понятия, что именно.
– Ей есть куда пойти, она может пойти домой. Туда, где ей место… со мной, – говорит Хардин.
– Все это время Тесса была для Хардина игрушкой – он ужасно с ней поступил! – выпаливает Лэндон, и Карен, открыв рот от удивления, подходит ближе ко мне.
Я будто сжимаюсь в комок. Никогда в жизни я не чувствовала себя такой маленькой и беззащитной. Я не хотела, чтобы Кен и Карен узнали… Но это, наверное, не так уж важно, ведь теперь они точно не захотят меня больше видеть.
– Ты хочешь пойти с ним? – Кен прерывает мои грустные мысли.
В ответ я качаю головой.
– Ну, я тебя здесь не оставлю, – резко выдает Хардин.
Он подходит ко мне, и я отшатываюсь в сторону.
– Думаю, тебе лучше уйти, Хардин, – Кен удивляет меня своими словами.
– Что, прости? – Лицо Хардина приобретает тот темно-красный оттенок, который может означать только гнев.
