Автор
В глубокой зимней ночь, Хардин стоял на замерзшем асфальте, его сердце разрывалось от боли, хотя тело ощущало лишь мелкие скрипки подошв. Погружаясь в собственную боль, он не замечал холод и снега вокруг. Это пролог к роману "После ссоры", где каждое действие и эмоция наполнены драматизмом и мрачной теней....
Я думала, что начинаю новую жизнь, но вот к чему я пришла: парень, разбивший мне сердце, сидит на моей кровати, а на шее у меня красуется огромный засос, прямо как у влюбленной до одури девочки-подростка.
– Тесса? – зовет он и заходит в ванную, как раз когда я становлюсь под горячий душ. Я молчу, а обжигающая вода смывает грехи прошлой ночи. – Ты… – Его голос срывается. – С тобой все в порядке после того, что случилось ночью?
Почему он так странно себя ведет? Я ожидала, что он нагло ухмыльнется и раз пять скажет «я к вашим услугам», как только откроет глаза.
– Не знаю… Нет, не все в порядке, – отвечаю я.
– Ты теперь ненавидишь меня… еще сильнее, чем раньше?
Сердце тает от того, каким ранимым он сейчас кажется, но я не должна давать слабину. В голове у меня полный хаос, а я ведь только начала приходить в себя. «А вот и не начала», – издевается надо мной подсознание, но я не обращаю на него внимания.
– Нет. Примерно так же, – отвечаю ему я.
– Вот как.
Я смываю шампунь и мысленно молю душ о том, чтобы он излечил меня от похмелья.
– Я не хотел воспользоваться твоим положением, клянусь тебе, – говорит он, когда я выключаю воду.
Заворачиваюсь в полотенце, висящее на крючке. Он стоит в дверном проеме в одних трусах, а его грудь и шея тоже усыпаны красными пятнами.
Никогда в жизни больше не буду пить!
– Тесса, я понимаю, что ты наверняка злишься, но нам надо о многом поговорить.
– Не о чем говорить. Я напилась и позвонила тебе. Ты пришел, и мы занялись сексом. О чем еще говорить?
Я изо всех сил стараюсь оставаться спокойной.
Потом замечаю, что у него сбиты костяшки.
– Что у тебя с руками? – спрашиваю я. – О боже, Хардин, ты что, избил Тревора? – кричу я и тут же вздрагиваю от острой боли в голове.
– Что? Нет, его я не бил. – Он поднимает руки, показывая, что невиновен.
– Тогда кого?
Он качает головой.
– Это неважно. Нам надо поговорить о более важных вещах.
– Нет. Ничего не изменилось.
Открываю косметичку и достаю карандаш-корректор, которым щедро замазываю пятно на шее. Хардин в это время молча смотрит на меня.
– Это была ошибка, я вообще не собиралась тебе звонить, – наконец говорю я, разозлившись, когда даже третий слой корректора полностью не скрывает синяк.
– Это не ошибка, ты явно скучала по мне. Поэтому и позвонила.
– Что? Нет, я позвонила, потому что… потому что не туда нажала. Я не собиралась тебе звонить.
– Врешь.
