Экспедиция с Солнечной открыла новые миры, но зонд обнаружил планету, не соответствующую ожиданиям. Возникает конфликт между научным любопытством и стремлением к власти "Земной Компании". Путешествия за пределы Солнечной системы открывают новые экономические и политические интриги.
Страницы запестрели сумбурными, расплывчатыми, рваными фразами, обнажавшими самое личное, самое сокровенное. Такое возможно только при Урегулировании, когда большая часть твоего "я" беспомощна и беззащитна, как лягушка под скальпелем вивисектора. Ярче всего - боязнь одиночества. Ты - бремя на плечах родни и заслуживаешь, чтобы тебя бросили. Комплекс вины из-за утраты семьи и растущая уверенность в том, что это повторится. Лейтмотивом - любовь к тетке. "Заботилась обо мне... любила..." Он не хотел покидать ее дом, но с Унией не поспоришь: государство тебе помогало, изволь платить по счетам. Военное училище, мощная гипнопедия, армейский распорядок и ни единого отпуска домой. Некоторое время приходили письма от тетки. Дядя не написал ни разу. Потом письма кончились, и он решил, что тетя умерла. "Иначе писала бы. Она любила меня". Но в душе - затаенный страх: "Нет, не любила. На самом деле ей нужно было только государственное пособие". Опять чувство вины! Домой он не вернулся - он заслужил и эту потерю. Он написал дяде, но ответа не получил, и это серьезно уязвило его, хотя они с дядей и недолюбливали друг друга. Позиции. Идеалы. Еще одна рана - рухнувшая дружба, вернее, мальчишеская любовь, - снова оборвалась переписка. Последняя привязанность - к товарищу по оружию. Конец был печален. Чувство вины обострилось до предела. "Любила меня..." - повторял он жалобно; звучало в этих словах и затаенное одиночество, и многое другое.
Дэймон начинал понимать. Боязнь темноты, смутный, периодически повторяющийся кошмар: белая-пребелая комната, допросы, наркотики - вопреки всем правилам Компании, вопреки правам человека. На Расселе применяли психотропы. Ни перед чем не останавливались, лишь бы вырвать у Толли то, чего у него попросту не было. Его пленили в зоне Маринера и в панике доставили на Рассел. Станция ожидала удара и отчаянно нуждалась в информации. На допросе воспользовались методами Урегулирования. Подперев ладонью подбородок, Дэймон смотрел, как по экрану пробегают клочки фраз. Его подташнивало. Ему было стыдно, он казался себе сопливым мальчишкой. Ведь он даже не затребовал у компа поступившую с Рассела информацию, не взялся за расследование. Как же - у него хватало других забот, и зачем еще, спрашивается, нужны подчиненные? С какой стати он, начальник юрслужбы, должен уделять кому-то особое внимание? А Толли не обратился к нему за помощью. Обвел его вокруг пальца.
