Жанр
В условиях чумы и мор на Святой Руси османский раб Стефан Баторий становится ключевым в борьбе князя Сакульского против магов и польских наемников. Чтобы спасти свою землю, князю приходится противостоять множеству врагов. При этом путешествие к святилищу на Ладоге открывает новые тайны древних сил.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Последняя битва»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В условиях чумы и мор на Святой Руси османский раб Стефан Баторий становится ключевым в борьбе князя Сакульского против магов и польских наемников. Чтобы спасти свою землю, князю приходится противостоять множеству врагов. При этом путешествие к святилищу на Ладоге открывает новые тайны древних сил.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александр Дмитриевич Прозоров Легкое чтение Фантастика Фэнтези подборки серии
В условиях чумы и мор на Святой Руси османский раб Стефан Баторий становится ключевым в борьбе князя Сакульского против магов и польских наемников. Чтобы спасти свою землю, князю приходится противостоять множеству врагов. При этом путешествие к святилищу на Ладоге открывает новые тайны древних сил.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Последняя битва» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Старцы там ныне службу ратную несут, Андрей Васильевич, старцы! Нет людей ныне, нету вовсе! Мор и недород половину рати сожрали, многие тысячи самых опытных — вспомни! — в Москве семь лет тому в пожаре угорели, да немало храбрецов на поле Молодинском полегло. За разгром османов цену немалую люди православные заплатили, раны еще не заросли. Да еще этот мор проклятый, да еще недород, — уже в который раз повторился Иоанн.
— Батория словами о недороде не отогнать. Он ведь сему известию токмо обрадуется.
— Ты же бился на поле Молодинском, княже, — прищурился Иоанн.
Позади послышались шаги. Андрей оглянулся: это входили думные бояре в бобровых и горлатных шапках, каждая ценою в лошадь, и тяжелых московских шубах, стоимостью в табун. Впрочем, апрель не лето, в дворцовых залах до жары еще далеко. Так что пока в них было не столько тяжело, сколько тепло и удобно.
— Истину глаголешь, государь, истину, — с готовностью согласились бояре, что один за другим подтягивались из трапезной.
— Второй бедой ты верно османского пса назвал, коего султан Мурад в Польшу наместником посадил, — продолжил Иоанн. — Но с ляхами и свенами споры ратные токмо в Ливонии идут. Князь Илья Юрьевич туда по весне отправится. Ляхов за гнусности их безмерные покарать. И князь Палецкий с ним же, шестьдесят сотен детей боярских поведет. Бесчестного кровопролития псу османскому и Магнусу-предателю я не прощу. Засим нет у меня в росписи более свободных сил.
— Ведомо мне, — сухо ответил Зверев, — что следующим летом Баторий намерен силами в пятьдесят тысяч воинов напасть на Полоцк, чтобы отбить его обратно в польские владения.
— Чушь какая! — хмыкнул кто-то из бояр. — Откель у ляхов сила-то такая взяться может?!
— Да и чего делать им возле Полоцка-то? — поддержали его другие длиннобородые «мудрецы», одобрительно стуча посохами. — Спор-то за Ливонию ныне. В Ливонии они пакостили, в Ливонии и воевать будем.
— Ведомо мне, — повторил Андрей, глядя Иоанну в глаза, — будет их не менее пятидесяти тысяч, и придут они под Полоцк.
— Чушь это! Быть такого не может! — опять заголосили бояре. — Обезумел ты, Андрей Васильевич!
Однако государь от слов князя Сакульского призадумался. Повел головой:
— Ну-ка, княже, помоги мне на место должное подняться.
Государь чуть приподнялся, Зверев подхватил его под локоть, помогая подняться к трону, усадил на престол.
— Благодарю, государь, — поклонился Андрей, отступил, но повернуться к дверям не успел.
— Стой! — повысил голос царь.
